— У нас в плане по теме сколько этапов? — спокойно уточнил Алексей. — Техническое предложение, эскизный проект, технический проект, рабочая документация… Головной образец… Опытная партия. Так?
— Так, — подал голос Михалыч. — В протоколе НТС всё записано.
— На какой этап официально приходится конец года? — продолжил Алексей. — В протоколе там формулировка: «разработка и изготовление опытной партии из десяти изделий»?
Наталья Сергеевна, до этого молчавшая, уже листала свою папку.
— В решении НТС записано: «утвердить схему, поручить КБ‑3 разработку рабочей документации, изготовление головного образца и опытной партии до конца года», — ровно процитировала она. — Без разбивки по датам.
— А в плане министерства, — добавил Седых, — предметно стоит: «десять изделий до конца года». Я сам эту цифру подписывал.
Алексей кивнул.
— Значит, сейчас у нас к концу года гарантированно будет что? — спросил он, словно разговаривая с собой. — Головной образец, прошедший заводские испытания. И полный комплект рабочей документации, если мы не сорвёмся.
— Это мы потянем, — подтвердил Михалыч. — Если без фокусов. Головной макет уже почти в железе, документация — у Натальи.
— Тогда я бы предложил вот что, — сказал Алексей. — До середины месяца мы готовим один «золотой» экземпляр. Аккуратный, в корпусе, с шильдиком, с проведёнными испытаниями — насколько успеем.
Он повернулся к Наталье Сергеевне:
— Оформляем на него акт о завершении этапа «головной образец» и акт заводских испытаний.
Потом — к Седых:
— А в ответ на письмо министерству вы пишете, что этап разработки завершён, головной образец изготовлен и испытан. План по НИОКР на год выполнен. И отдельно — что изготовление опытной партии в десять изделий переносится на первый квартал следующего года в связи с необходимостью технологической подготовки производства и задержкой поставки комплектующих смежниками.
Он пожал плечами:
— Для них главное — чтобы год юридически был закрыт бумажкой. Им важнее акт на головной образец в декабре, чем десять сырых коробок без документации.
Седых внимательно смотрел на него, не мигая.
— То есть вы предлагаете разделить то, что они написали одной строкой, на два этапа, — медленно произнёс он. — «Разработка и испытания» сейчас, «партия» — потом.
— По сути — так оно и есть, — спокойно ответил Алексей. — Мы и так не успеем сделать десять штук за две недели. Даже если Николай Петрович принесёт вам разъёмы мешком.
Он чуть усмехнулся:
— А вот один прибор, сделанный как положено, — это реально. И, честно говоря, лучше один нормальный, чем десять недоделанных, которые потом будут умирать в учебных классах.