В классе воцарилась тишина. Такая плотная, что слышно было, как жужжит муха у потолка. Громов замер с отверткой в руке. Люба затаила дыхание, прижав ладони к щекам.
*Щелчок*
Тяжелый, металлический звук сработавших контактов.
Где-то в недрах «Сфер» загудели трансформаторы. Низкочастотный гул десяти блоков питания слился в единую ноту. В 1978 году это был звук будущего.
Алексей почувствовал, как по спине пробежали мурашки. Он знал этот процесс до секунды. Сейчас пойдет накал на катоды кинескопов. Высоковольтный блок выдаст свои киловольты, и раздастся характерный сухой треск статического электричества на стекле.
Тишина тянулась бесконечно. Секунда, две, три…
— Ой, загорелось! — пискнула девочка на первой парте.
На одном мониторе появилось тусклое серое пятно. Потом на втором. На третьем.
Алексей подался вперед. Сейчас. Самый критический момент. Если Громов ошибся в адресации ПЗУ, если хоть один конденсатор в схеме развертки решит уйти в мир иной…
Экран ближайшего к нему ЭВМ мигнул. Горизонтальная полоса развернулась в растр. И в верхнем левом углу, четким, рубленым шрифтом, который они с Громовым вырисовывали по пикселям на миллиметровке, зажглись слова:
СФЕРА-80 ГОТОВА
>_
Мигающий курсор. Маленький белый квадратик, пульсирующий в ритме сердца.
Один за другим, экраны оживали. Десять белых прямоугольников в полумраке класса. Десять окон в другую реальность.
Дети ахнули. Это был не просто вздох, это был коллективный выдох восхищения. Те, кто сидел сзади, повскакивали с мест, вытягивая шеи.
— Работает… — прошептала Люба. Она плакала. Просто стояла, и слезы катились за линзы очков, а она их не замечала.
Громов, этот циник и пересмешник, вдруг резко отвернулся к окну и начал усиленно тереть глаза, бормоча что-то про «чертов кварц, опять глаза режет».
Алексей выдохнул. Громко, на весь класс. Он даже не заметил, как задержал дыхание. Легкие горели от недостатка кислорода, но в голове стало удивительно ясно.
Он посмотрел на свои руки. Они дрожали. Совсем чуть-чуть.
В этот момент он не был инженером из будущего, который знает, что через сорок лет у каждого в кармане будет вычислительная мощность тысячи таких «Сфер». Он был здесь и сейчас. В 1978 году. В классе, где только что произошло чудо.
— Алексей Николаевич, — Елена Михайловна обернулась к нему. В её глазах больше не было страха. Там был восторг, — Что им делать дальше?
Морозов оттолкнулся от подоконника и сделал шаг к первой парте.
— Ребята, — голос его звучал глухо, но уверенно, — Напишите своё первое слово. Нажмите клавиши. Не бойтесь, она не сломается.