Наваждение!
Генри быстрее отвел жадный взгляд и сглотнул, давая себе торжественную клятву выбросить все бесовские листья к чертовой бабушке!
– О, душенька! Не берите в голову, – «спасительно» встрял сэр Уолтер. – Эта наглая шавка никак не уяснит свое место! Взял за моду кидаться на хозяев!
«Это он сейчас про кого, дьявол?» – отстраненно подумал Генри.
– Ну ничего! – злобно продолжал хозяин. – Он у меня попляшет! Пожалеет, что на свет родился! Прокати-ка его в бочке с гвоздями, Тито! Надеюсь, эта тварь прекратит свои закидоны… если останется жив.
ЧТО?!
Генри украдкой бросил беспомощный взгляд на Зафара. Тот, с великим смятением в глазах, начал подниматься, цепляясь за опору… На сером лице друга отразилась смертная тоска.
– А знаете что, Уолтер! – эффектный поворот головы Каталины, ее уверенный тон, сделали бы честь самой испанской королеве. – Хотите моего прощения, сударь? Отдайте тогда мне в придачу к собаке этого раба! Надеюсь, сойдемся недорого, раз он у вас все равно смертник. Что правда, то правда – слишком строптивый шельмец, как я погляжу!
– Господь! Душенька моя! Да зачем вам эта головная боль?! Ублюдок – опасный каторжник. Совершенно неуправляемый к тому же! Как и эта собака. Прямо два сапога – пара, – Пейн взял донну за руку и потихоньку теснил девушку к коляске. – Бросаются на добрых людей! Причем походя. Что вы будете с ними делать, дорогая, ума не приложу? Таких тварей надо уничтожать! Причем публично! В назидание остальным.
«Когда это я бросался?» – опешил Генри, потому как все остальное совсем не укладывалось в его взбудораженной голове.
Подождите! Его что? Собираются подвергнуть мучительной казни? В благодарность за то, что он спас этих... гребаных господ?! Да как такое может быть?! Это, правда, с ним сейчас происходит?!
Лейтенант молчал, не в силах осмыслить услышанное. Тито, стараясь быть тише воды, ниже травы, подошел, забрал пса у остолбеневшего англичанина и пристегнул на цепь, намотав ее, от греха, на кулак.
– Знаете, мой любезный, дома меня снедает жуткая скука! Вот и хочу развлечься. Люблю приручать строптивцев! – отрезала дама с таким видом, что Генри стало нехорошо: «надеюсь, сеньора так шутит», но рукú красотка у Пейна не отняла.
Что она имела в виду под этим «приручением строптивцев», осталось вопросом. Тейлор понадеялся: сие не окажется слишком страшным, потому как сэр Уолтер в следующий момент нарочито сокрушенно вздохнул и одобрительно кивнул своей парикастой головой.
Согласился продать его все же, чертов ублюдок!
Мысли лейтенанта теперь ринулись в другое русло.