— К дыркам мы уже привыкли, — сказал Алексей. — Лишь бы не вывалились.
— Вывалится — сами будете ловить, — отрезал Валера, но в голосе звучало больше предвкушения работы, чем раздражения. — Ладно, сделаем.
Схему детектора Алексей с Любой собирали сами. На отдельной небольшой платке, через панельку — чтобы, если совсем всё пойдёт не так, можно было выдернуть её и жить, как раньше.
Первый запуск делали на холостом ходу. Вольтметр показывал: при нормальном напряжении транзистор открыт, вывод «Запись разрешена» в логической единице. Стоило плавно, через автотрансформатор, опустить входное напряжение ниже определённого порога — сигнал уходил в ноль, запрещая любые операции записи в оперативное запоминающее устройство.
— Главное, — повторял Алексей, — чтобы он срабатывал раньше, чем стабилизатор начнёт сдавать. Если будет позже — толку ноль.
Тут пригодился опыт Евгения с его бесконечными тестами на ЕС.
— Сделаем псевдопрограмму, — предложил он. — Которая как безумная будет записывать в память всякие штуки, а мы будем дёргать сеть. Если после этого в массивах будет хоть один неправильный байт — будем ругаться на вашу железку.
Так и сделали.
На стенде «Сферы» стояла привычная связка: ЦУБ, память, новая ПЗУ на К573, видеоконтроллер, клавиатура. Плата детектора торчала сбоку, пока ещё вне корпуса, провода тянулись к блоку питания, конденсаторы‑«банки» лежали рядом, временно соединённые проводами, как пациент — с аппаратом искусственного кровообращения.
В ОЗУ под управлением микропрограммы гонялась по кругу простая последовательность: записать в каждый адрес образца `AA`, проверка, потом `55`, снова проверка. Ничего хитрого, но для проверки того, что память не «сходит с ума» при падении питания, этого хватало.
Валеру позвали для главной роли.
— Твоя задача, — объяснил Алексей, — стоять у розетки и по команде резко выдёргивать вилку и тут же вставлять. Только аккуратно.
— Всю жизнь мечтал, — серьёзно сказал Валера. — Обычно наоборот говорят: «не дёргай, а то отключишь полцеха».
Они расположились: Валера — у розетки, Люба — у осциллографа, Евгений — у консоли «Сферы», Саша — у лампы‑ограничителя, пальцы уже на выключателе, вдруг что пойдёт не так.
— Готовы? — спросил Алексей.
Кивнули.
— Тогда начинаем.
Первый рывок оказался… скучным.
Валера ловко, без особой злобы, выдёрнул и тут же воткнул вилку. На экране «Сферы» на долю секунды пропали символы и тут же вернулись. Программа как ни в чём не бывало продолжала свою беготню, цифры `AA` и `55` ровными блоками мелькали на индикаторах.
Люба посмотрела на осциллограф.