Алексей неотрывно смотрел на выцветшую вырезку из многотиражки «Электронмаш» — статья Анны про «электронный мозг» была приколота кнопкой к шкафу, наполовину закрытая листом с графиком поставок. За эти месяцы он привык к ней: газета висела как напоминание — слово сказано, назад не возьмёшь.
— Морозов, — раздался за спиной хриплый голос. — У нас, кажется, недосдача по корпусам.
Он обернулся. В дверях стоял Валера, держа в руках только что отмытый белый кожух с аккуратными прорезями под клавиши. Второй такой же выглядывал из‑за плеча Саши; больше в руках у них ничего не было.
— Какая недосдача? — не понял Алексей. — Вот же два.
— Два есть, — согласился Валера. — А было десять заготовок. Вчера сняли последнюю с фрезы. Сегодня Николай Петрович заявил: «Всё, лимит корпусов на квартал исчерпан. Остальное — по новой разнарядке». И разнарядку эту, зараза, под нос сунул.
Саша уныло качнул вторым коробом:
— Он сказал, что наши корпуса ушли… — парень замялся, подбирая слово, — на смежную тему. По приказу.
Алексей почувствовал знакомый холодок под ложечкой. В двадцать первом веке тот же эффект вызывала надпись «out of stock» на сайте, где ещё вчера значилось «сто штук на складе». Здесь вместо сайта был Николай Петрович с амбарной книгой, а вместо «out of stock» — чья‑то виза на документе.
— На какую именно тему? — уточнил он, хотя ответ уже вертелся на языке.
— На самую «правильную», — буркнул Валера. — На тему товарища Петрова. Он теперь, оказывается, в приоритете. У него, понимаешь, линия автоматическая для радиоэлектронного завода, а у нас тут «мелочь для кружков».
У Саши дёрнулся уголок рта.
— Он ещё добавил, — тихо сказал он, — что «дети подождут, а линия из‑за ящиков стоять не может».
Это был уже не просто «кто‑то там». Это звучал вполне конкретный голос.
Алексей вздохнул.
— Ладно, — сказал он. — Идём к Николаю Петровичу. Поглядим, что у него за разнарядка такая.
* * *
В бюро снабжения пахло пылью, отсыревшим картоном и машинным маслом. Вдоль стен тянулись стеллажи с папками; на корешках — годы, месяцы, инвентарные номера — настоящее кладбище деталей. На столе у Николая Петровича лежала толстая книга учёта, рядом дымилось блюдце с окурками.
Сам снабженец сидел, как обычно, вполоборота, сжимая карандаш, словно последнее средство самообороны.
— Ага, — произнёс он, увидев делегацию. — Пришли за покойниками.
— За чьими? — опешил Саша.
— За трупами ваших корпусов, — пояснил Николай Петрович. — По документам они ещё живы, а вот с точки зрения планов — уже похоронены.
Он раскрыл тетрадь, провёл ногтем, оставляя след на бумаге. На полях аккуратно значилось: «Корпус БВП‑1 — 10 шт». Рядом — свежая карандашная приписка: «Перераспределено в счёт темы 14‑Г (отдел Петрова). Приказ зам. директора по НИР от…» — дата стояла вчерашняя.