– Э-э-э… Безобидная?! – Брайт не унимался, увлеченный собственным торжеством над беспомощным оппонентом. – Да по тебе костер плачет, мудель! Хочешь на костер, Иуда? Мы сейчас быстро устроим тебе полное отпущение грехов! Христопродавец!
Бандит повел весьма заинтересованным взглядом по сторонам, будто действительно собирался где-то раздобыть обещанный костер.
«Хотя… – Генри вдруг почувствовал, как желудок сжался в тугой узел, – не такое уж это невозможное дело, было бы желание! Лес вон кругом».
Размышляя над этим вопросом, лейтенант не сразу осознал следующий выверт ублюдочного мозга.
– А может, ты своему черножопому дружку что другое лижешь, а, Уэсс?
Чакки, кажется, весьма вдохновился новой идеей, и маленькие глазки его нехорошо заблестели. Он вцепился в значительно отросшую бороду Тейлора и с силой рванул вверх, чтобы поднять его голову. Генри заскрипел зубами. Брайт тут же выпустил его подбородок и, развязав тесемку замызганных штанов, вывалил свои причиндалы наружу, потом приблизил все это к лицу Тейлора.
– А ну, покажи, свою прыть, гавнюк! Давай, отсоси папочке, черножопая подстилка!
На Тейлора пахнуло острым смрадом прогорклой мочи и давно немытого тела. Он понял, что еще немного и вчерашний ужин, сдобренный сверху экзотическим жертвенным блюдом, окажется прямо на штанах насильника. Ладно, пауков не жалко, в отличие от всего остального. Генри старался не дышать, выкручиваясь изо всех сил от приближающегося к его рту гадкого непотребства. Но преуспел он мало, потому что хватка державших явно усилилась.
– Соси, если не хочешь, чтобы тебя поджарили, подлый предатель! – Чак снова ухватил его снизу за челюсть, стараясь направить в нужную сторону. – Открой свой рот, грязный богохульник! Живо!
– Только попробуй, ублюдок! – процедил Генри, отчаянно сжимая все, что только можно, чтобы избежать незавидной участи. – Останешься без члена, клянусь!
– Только попробуй, тварь! – Брайт, кажется, слегка сбавил напор, задумавшись над перспективой, потом хлестанул пленника со всего маху по лицу. – Останешься без зубов! Просто предупреждаю.
– Мне насрать! – лихорадочно рыкнул Тейлор, чувствуя, как из носа потекла кровь, а губы засаднило так, что слезы опять навернулись на глаза. – Мне насрать! Хоть убей. Если сделаешь это, Чакки, клянусь, тебе не жить! Умрешь страшной смертью. Лучше отвали, мразь!
– И что ты сделаешь, а, Уэсс? Пожалуешься своему черножопому варвару? – Брайт, кажется, основательно притормозил, как бы ему ни хотелось выглядеть в глазах своих парней безбашенным ублюдком. – Интересно, и как он тебя спасет сейчас? М?