— Могли и сэкономить, — скривился Седых. — Тебе тогда сказали бы: «Вот, видишь, всё и так стоит, зачем перерасход?». А теперь никто не скажет, потому что работает.
— И это хорошо, — ответил Алексей. — Настоящая надёжность в отчётах незаметна.
Он вспомнил свой самодельный блок питания в юности, накрытый маминой вязаной салфеткой. Запах горелого лака, чёрное пятно на ковре и отчаяние, которое тогда казалось концом света. В обеих своих жизнях этот запах был для него страшнее любого выговора в министерстве.
Здесь ничего не сгорело. Здесь просто мигнул свет — и перестал быть проблемой.
* * *
Контрольная закончилась. Нина Степановна отправила учеников по местам, выдала домашнее задание, строго напомнила про тетради. Мальчишка со второй парты, рыжий и веснушчатый, задержался у «Сферы», провёл пальцем по клавише «ВВОД» и тихо сказал товарищу:
— Слушай, она вообще не испугалась. Я бы испугался.
Алексей услышал это и почувствовал, как на лице появляется невольная улыбка. «Она», конечно, ничего не чувствовала. Она просто зафиксировала просадку напряжения и заблокировала запись в память. Но если ребёнку так понятнее — пусть будет «она не испугалась». Это хорошее качество для машины, живущей в сельской школе.
Нина Степановна проводила класс до двери, вернулась и только тогда обернулась к задней парте.
— Ну? — спросила она. — Я сильно всё порчу, товарищи инженеры?
В её голосе наконец‑то прорезалась не только сухость, но и человеческое беспокойство.
— Вы ничего не портите, — сказал Алексей. — Вы пользуетесь. Это главное.
Виктор Петрович подтвердил:
— Работает штатно. Свет у вас с характером, конечно…
— Это да, — усмехнулась она. — У нас тут мастерские рядом, сварка, и линия старая. Я, если честно, думала: как только мигнет, всё пропадёт, и опять из города приедут чинить. А она… — учительница кивнула на «Сферу», — даже не ругнулась.
— Не должна, — сказал Алексей. — Мы старались сделать так, чтобы она не требовала инженера на каждый чих электросети.
— Учеников мне и так хватает, — кивнула учительница. — Ещё и от машин капризы мне в классе не нужны.
Седых чуть заметно усмехнулся.
— Вы… — он на секунду задумался, вспоминая отчество, — Нина Степановна? Если будут какие-то вопросы, не стесняйтесь обращаться. Но в целом — да. Наша задача, чтобы вы нас лишний раз не вспоминали.
— Уже не вспоминаю, — призналась она. — Только когда кассету зажёвывает. Но это, — она глянула на магнитофон «Весна», — не ваша вина, это наша техника. — И, помолчав, добавила: — Ребята к ней тянутся. Даже те, кто математику не любит. Может, и будет толк.