– Хратов, не юродствуйте. Могу серьезно обидеть.
Он принимает покаянный вид.
– Истинная правда, Хельга Романовна. Это актеры, которых пригласил Захар Матвеевич.
– Какие к черту актеры? Это детсад.
Эрик, который как завороженный смотрит на сверчков, неуклюже сползающих со ступеньки на ступеньку, вопит:
– Мама, это не дети! Это человечки! Папа купил мне человечков!
Он бросается к ним, но мать успевает схватить его за руку и резко дернуть назад.
– Стой! Куда?! Они могут быть заразными.
Через плечо бросает Хратову:
– Их кто-нибудь проверил на инфекцию?
Эрик вне себя:
– Они из магазина! Они чистые!
Екатерина, успевшая их догнать, пытается его вразумить:
– Эрик, люди не продаются в магазинах.
– Вышвырните их к чертовой матери! – приказывает Хельга.
Эрик топает ногами:
– Ты всегда отнимаешь мои игрушки!
Юрганов сбегает по лестнице, чтобы уладить недоразумение. Навстречу ему выдвигается Василий, вытянув руку повелительным жестом: стоять!
– А вот и хозяин кукольного театра, – объявляет Хратов. – Синьор Карабас-Барабас. Вполне безопасен. Во всяком случае, вряд ли заразен.
Он от души наслаждался представлением.
– Василий, пропусти его, – приказывает Хельга. – Пусть подойдет.
Юрганов подходит. Хельга спрашивает Хратова:
– Кто это?
Юрганов представляется:
– Я режиссер, а это актеры моего театра «Эхо».
– Театр? – переспрашивает Хельга. – Хратов, объясните: как в наш дом попал театр?
– По приглашению Захара Матвеевича… Ну вы знаете… для постановки…
– Ах, лилипуты. И что же? Куда они собрались?
– Возвращаются к себе. Захар Матвеевич их отпустил.
Хельга наконец обращается прямо к Юрганову:
– Так что же вы стоите? Забирайте своих лилипутов и убирайтесь.
Тем временем сверчки спускаются до середины лестницы и вновь останавливаются, сбившись в кучку. Юрганов вздыхает с облегчением. Он опасался, что их опять задержат. Машет рукой сверчкам: спускайтесь.
Эрик вопит:
– Мама, не отпускай их! Они мои, мои! Папа мне их купил!
– Эрик, веди себя достойно, – говорит Хельга, затем обращается к Хратову: – Вы уверены, что среди них нет заразных?
– Абсолютно уверен.
Эрик топает ногами и кричит:
– Пусть останутся, пусть останутся!..
– Перестань бесноваться, – говорит Хельга. – Они остаются.
– Мы уезжаем, – говорит Юрганов. – Нам необходимо…
Хельга обрывает его:
– Не говорите глупостей, вам хорошо заплатят. – Бросает Хратову: – Разберитесь!
Хратов берет Юрганова под локоток.
– Отойдем в сторону, сеньор.
Они отходят к краю лестницы. Хратов говорит негромко:
– Не прекословьте ей. Женщина устала, раздражена, а главное, ей страшно. Она не знает, что с мужем, опасается, что его нет в живых, боится за ребенка. А дамочка она резкая, очень резкая… Один Аллах знает, что способна сейчас сотворить.