– Давайте лучше пожелаем им удачи, – говорит Маша.
Татьяна с пакетом «Карапузик», в который уложен ее театральный костюм, уже стоит у двери. Катя подхватывает свой дамский рюкзачок, говорит, обводя лучом комнату:
– Спасибо за пожелание. Надеюсь, вы не будете жалеть о том, что остались.
– Оля, – зовет Татьяна, – тебя ждем.
– Я догоню.
– Оленька, иди, – лепечет Матушка, – мне уже лучше.
Ольга чувствует, что заполошная дрожь в теле Матушки медленно утихает, хотя она по-прежнему жадно вбирает в себя энергию. Она думает: «Я не могу ее бросить. Если не закончу, паника может вернуться. И наверняка с новой силой».
– Таня, идите. Осталось немного, я успею. Но если что, не ждите, уезжайте без меня.
Татьяна ахает:
– Ольга, ты сумасшедшая. Она же говорит, что ей лучше.
– Не теряй времени, – бросает Ольга, вновь сосредотачиваясь на перекачке энергии.
Татьяна и Екатерина выходят, оставляя комнату в полной темноте.
– Героическая девушка, – произносит Екатерина, когда они идут по коридору.
– Сумасшедшая, – повторяет Татьяна.
– А ты как бы поступила на ее месте?
– У меня обязанности прежде всего перед самой собой.
– Выходит, бросила бы страдающую старушку?
– Очень надеюсь, что бросила бы…
– Значит, не уверена?
Татьяна молчит, потом говорит:
– Я же сказала – надеюсь…
Они молчат, пока не выходят в вестибюль, где около большой входной двери, напоминающей ворота средневекового замка, их ожидают четверо маленьких мужчин.
– А где Ольга? – спрашивает Эврипид.
– Геройствует, – отвечает Татьяна.
– Оказывает старушке первую помощь, – объясняет Катя. – Реанимирует. Обещает догнать нас.
– Вот черт! – говорит Карл. – Что за старушка? Где Ольга ее раскопала?
– Было бы желание, старушка найдется, – комментирует Татьяна.
Карл поворачивается к Кате:
– Ладно, давай сюда фонарь. Я подержу, а вы с Сеней займитесь засовом.
Катя вручает ему фонарь и берется за рычаг, отодвигающий стопорную защелку.
– Ну, Сеня, давай на три счета, – говорит она. – Одновременно. Раз, два, три.
– А мне что делать? – растерянно спрашивает Сеня.
– Хватайся за эту хреновину и двигай в сторону, – рычит Карл и указывает: – В сторону это туда, вправо.
– Начали, – командует Катя. – Раз, два, три.
Засов с неожиданной легкостью бесшумно выдвигается из петель. Катя тянет на себя дверную ручку. Дверь приоткрывается с легкостью и бесшумностью хорошо отрегулированного и смазанного механизма.
Данила Квон выскальзывает на крыльцо, делает ровно пятнадцать шагов (он не раз подсчитывал ширину крыльца) и встает в темноте на краю лестничной площадки. Спрыгивает вниз на первую ступеньку. Приземляется пружинисто на обе ноги. Едва переступая, добирается до края ступеньки и спрыгивает на следующую. Заученным строго выверенным переступанием сдвигается на край. Спрыгивает вниз. Сдвигается на край. Спрыгивает… У лестницы пятнадцать ступенек.