(Вздыхает.)
Уж год прошел, как Аристон жестокий Меня коварно бросил, предоставив Страдать одной в пустом дворце, Где спутницей мне служит только тень И лишь раба-старуха Является порой, как призрак, каковой Не в силах одиночества развеять. И оттого мне кажется порой, Что я, сама того не зная, Рассталась с жизнью и живу в Аиде. Хоть вряд ли здесь уместно это слово — «Живу», поскольку смерть желанней Того житья, что стало мне уделом, И я решилась предпочесть погибель. Как некогда с триремы я в пучину Бестрепетно нырнула, так же ныне Низвергнусь в бездну смерти. Лишь одно Меня страшит: я не могу избегнуть Свиданья с тем, чей вид меня страшит, И кто к тому же надоел до смерти, А за гробом не даст мне жизни: Не смогу вздохнуть свободно, Не смогу присесть, иль лечь, иль встать, Чтобы при этом он не терся рядом И не нудил о том, как сильно любит И прочее, что вспоминать противно. Не знаю, что страшней – уродство иль занудство. Но первое есть камень преткновенья, Его не выношу, хотя бы и смирилась, Будь Аристон покрыт присосками, шипами, Имей он щупальца, копыта, гребень, Клыки и хвост иль обрасти он шерстью… Однако то, каков он есть на деле, — Его несоразмерность той природе, Какую видит глаз и коей правят боги, Меня ввергает в ужас, неподвластный Рассудку.
ФИЛОМЕНТА
(входит с раковиной в руках)
Так зачем же погубила, Лишив его надежды в этом мире, обещая Любовь в другом? Ты не одна тоскуешь, Мне грустно без него, и я пытаюсь тщетно С возлюбленным покойником связаться… Очевидно, Он рáкушку свою забыл в гробнице, не успев Еще испить воды забвения…
КОЛЛИДОРА
(гневно)
Старуха, Не смей напоминать о мерзостном уродце, Моем тюремщике и во дворце, и вне!
ХОР
Чем дворец тебе пришелся Не по нраву? Ведь любой, Предложи лишь, без раздумий Поменяется с тобой.
КОЛЛИДОРА
Но этот неизвестный мне любой Имеет выбор, я же не могу Дворец покинуть по простой причине: Отсюда не уйти, поскольку сей чертог, Как вместе с ним и весь злосчастный остров, Заброшен за пределы Ойкумены.
ХОР
Ладно… Ежели считаешь, Что дворец – твоя темница, То в деревне сопредельной Смело можешь поселиться.
КОЛЛИДОРА
Совет хорош! Но кто-нибудь из вас Живал когда-нибудь в селении подобном — Среди быков и коз, средь грубых мужиков, Скандальных баб, распущенных детей, Коров, овец, свиней и разных прочих тварей, Привыкших извергать навоз На радость мухам, что потом летят К столам затем, чтоб с тараканом спорить, Кто сможет больше перенесть заразы, Призвавши в судьи этих состязаний Клопов и вшей, клещей и тараканов… И это лишь пролог, само же действо Идет на поле, на лугу, в лесу, Где тяжкий труд ломает спину и навек калечит. Но главное в другом! Селение – тюрьма, Подобная дворцу, поскольку и оттуда, Как из палат, нет выхода на волю. Из всех путей возможных лишь один Ведет к свободе, то – стезя в Аид.