– Я занят, – отрезал он. – Зайдите после репетиции. А сейчас будьте любезны, покиньте зал – вы мешаете работе.
– Разговор касается вас лично, – сказал буржуй. – Предложение, от которого вы не сможете отказаться.
– Уже отказался.
Старушки и старички на сцене застыли, насторожив ушки.
– Вообще-то, зная вас, я не ожидал другого ответа, – спокойно произнес буржуй. – А вам не любопытно узнать, от какого предложения отказались?
– Нет.
– Боитесь, что будете жалеть всю оставшуюся жизнь? Или боитесь согласиться помимо своей воли?
– Послушайте, – сердито сказал Юрганов, – желаете поговорить, дождитесь перерыва.
Буржуй усмехнулся.
– Первый шажок сделан. Перерыв, пожалуй, лучше окончания.
Он уселся перед самой сценой, достал из портфеля ноутбук и перестал обращать внимание на происходящее вокруг. Когда Юрганов объявил перерыв и спустился в зал, пришлось даже тронуть его за плечо. Тот очнулся и предложил:
– Отойдем в конец зала.
Они сели в последнем ряду.
– Берсенев Павел Николаевич, – отрекомендовался буржуй.
Юрганов кивнул.
– Вам нет нужды представляться, – сказал Берсенев, не дожидавшись взаимной любезности. – Прочитал о вас все, что удалось накопать. Референт подготовил информацию.
Юрганов ждал продолжения.
– Мне отрекомендовали вас, Кирилл Максимович, как режиссера, готового на любые самые рискованные эксперименты, – продолжал Берсенев.
«Насчет рискованных экспериментов – это в самую точку. Это ко мне, – подумал Юрганов. – Интересно, кто ему про меня наплел? Он наверняка до меня к кому-то еще подкатывал. Так и слышу, как ему советуют: “Это не ко мне, к Кирюше Юрганову обратитесь. Этот на что угодно подпишется”».
– О да, – сказал он вслух, – риск – это по моей части. Что требуется? Поставить «Вишневый сад» на дне океана, чтобы актеры играли вместе с реальными акулой и медузами? А что?! Акула – в роли Лопахина. Гаева и Раневскую отлично сыграют медузы… Или, скажем, залудить «Гамлета», где все действующие лица в ходе действия прыгают через реальные огненные кольца. А вот еще можно: «Кукольный дом» в свободном падении, актеры без парашютов…
Берсенев перебил его:
– О нет, нет, нет… Мое предложение абсолютно безопасно. Видите ли, у меня есть дочь…
– И вы хотите пристроить ее в студию для престарелых? – не удержался Юрганов.
– Нет, что вы! Мои планы гораздо скромнее. Хочу создать театр, в котором она будет играть.
– Но я-то при чем?
– Это будет ваш театр. Вы сможете ставить что захотите и как захотите.
«Розыгрыш, – подумал Юрганов. – Глупый. Идиотский. Кто же это меня настолько презирает, что уверен: я клюну?»