– Понимаю. Учитель жизни.
– Не так громко, конечно, но близко к тому. Каждый смотрит на Калачева и думает: «Если уж он так весел, спокоен и доволен жизнью, то мне, которого Бог ростом не обделил или почти не обделил, мне-то и вовсе кукситься зазорно, что бы там ни случилось».
– Да, с таким жаль расставаться… Но может, он и не захочет уйти.
Директор неохотно протянул:
– Ну не знаю… Попробуйте. Предложите… Вам, кстати, повезло – он сейчас в цирке.
В коридоре Юрганову встретилась девушка в красном трико.
– Ищете кого-нибудь?
– Калачева Василия Ивановича.
– Он на арене. Идемте, я покажу.
Девушка вывела Юрганова к арене, в центре которой стояли несколько человек.
– Вася, к тебе тут пришли! – крикнула девушка.
Маленький человек в тренировочном трико оглянулся и помахал Юрганову рукой:
– Подождите, я скоро…
Юрганов сел на барьер и стал ждать.
Маленький человек (а это, естественно, и был Василий Иванович), судя по всему, изображал факира. Он скинул с ног шлепанцы с острыми загнутыми концами и уселся на коврик, возле которого стояла плетеная корзинка. Все прочие отошли в сторону. Василий Иванович заиграл на дудочке. Через несколько мгновений из корзины высунулась змеиная голова, осмотрела окрестности и внезапно быстрым движением схватила одну из туфель. Василий Иванович попытался отнять, но змея, уклонившись, вытянулась вверх. Факир вскочил на ноги, но змея поднялась повыше. И пока факир подпрыгивал, пытаясь ухватить туфлю, змея тянулась все выше и выше и поднялась вверх метров на десять. Факир почесал в затылке, а затем, обхватив туловище змеи руками и ногами, начал подниматься по ней, как по канату. Змея недовольно вертела головой, но факир упорно полз и наконец, достигнув головы, отнял свою туфлю. Однако спускаться вниз не спешил, словно чего-то ждал. «Степан!» – крикнул кто-то из стоящих в стороне мужчин. Змея, словно очнувшись, как лента рулетки, ускользающая в свой контейнер, потекла вниз вместе с уцепившимся за нее факиром. Внизу он спрыгнул и хлопнул напоследок змею по голове туфлей, та скрылась в корзине, а укротитель сел на коврик и вновь заиграл на дудочке. Тут же из плетенки показалась укрощенная змея и стала раскачиваться в такт мелодии…
Юрганов зааплодировал. Василий Иванович встал, с дудочкой в руке направился к нему и уселся рядом.
– Круто! – сказал Юрганов. – Как вы это делаете?
– Нановолокно, – сказал Василий Иванович. – Тоньше волоса, из зала его практически не видно. Выдерживает вес грузовика, не говоря уже обо мне со змеей…
– Со Степаном? – улыбнулся Юрганов. – Почему вы так назвали змею?