– И не берите, – сказал Юрганов. – На репетициях мы будем пропускать этот травмирующий вас момент, а на сцене Отелло сыграет кто-нибудь другой.
– Я знаю одного подходящего душителя, – сказала Ольга.
На следующее занятие она привела душителя. Им оказался юноша на вид глуповатый, сильно напоминающий деревенского дурачка.
«Лилипут-переросток, – подумал Юрганов, еще не подыскавший пристойного определения для маленьких людей. – Для короткого долог, для длинного короток».
– Это Сеня, – представила переростка Ольга. – Мы с ним в диспансере подружились. Я без него как без рук.
Сеня глуповато разулыбался.
– Да я что? Я всегда…
Он в смущении мял руки, кисти которых были несообразно большими для небольшого тела.
– Ну что ж, давайте попробуем, – сказал Юрганов. – Изобразите для начала, как вы закуриваете сигарету.
– Я не курю, – гордо заявил Сеня. – Отродясь не курил.
– Вам не надо курить на самом деле. Просто сделайте вид, что зажигаете сигарету, затягиваетесь и выпускаете дым.
– Да как же, – растерялся Сеня, – у меня нет сигарет. Сказал же, не курю. Откуда же они возьмутся?
– Притворитесь, что есть. Сделайте вид, что достаете пачку из кармана, извлекаете сигарету и проделываете все прочее, что делают курильщики. Не может быть, чтобы вы не видели, как кто-то закуривает.
– Видел, конечно.
– Тогда приступайте.
– Так нет же сигарет, а притворяться я не люблю.
– Понятно, – вздохнул Юрганов. – Ольга, давайте немного пройдемся по коридору.
Они вышли.
– К сожалению, ваш протеже безнадежен, – сказал Юрганов. – Способностей ни на грош, а главное – упрям. То, что нет таланта, не беда. Любого – почти любого – можно научить технике игры, но он, судя по всему, не поддается обучению.
– Он очень добрый и хороший человек. Я перед ним в долгу. Он поддержал меня, когда мне было очень плохо. Вы вряд ли можете представить, насколько плохо.
– Театру нужны не хорошие люди, а хорошие актеры. Не хочу вас огорчать, но…
– Я вас очень прошу. Понимаете, он неприкаянный. У него никого нет. Он ничего не умеет. Он пропадет.
– Будь он повыше ростом и посильнее, я взял бы его рабочим сцены, осветителем или еще кем-нибудь, но не актером. Театр, знаете ли, все-таки не… – Юрганов замялся, подыскивая слова.
И тут Ольга показала зубы.
– Кирилл Максимович, я обещала ни в чем вам не перечить, выполнять все, что прикажете. Я буду выполнять обещание, но это особый случай. ЧП. Настоятельно прошу вас взять Сеню в труппу.
Юрганов молча развел руками: мол рад бы был, но не тот случай.
Она произнесла спокойно:
– Это ваш театр. Вы вправе мять его как глину и лепить любые формы, какие подсказывает вам талант, но принадлежит он мне. Вы это знаете. Я его владелица. Я никогда бы не осмелилась об этом упоминать, если бы не Сеня…