– Что, герой, опять пришел полицию требовать? – спрашивает Корень.
– Никак нет, – отвечает Карл.
– Уже легче, – усмехается Корень.
Как и в прошлый раз, Карл обходит вокруг стола, отодвигает свободный стул, поднимает руку, чтобы опереться на край сиденья, и одним прыжком вскакивает на стул.
Волкодавы смеются.
– Тебе бы коней объезжать, – комментирует Корень. – Ковбой.
– Ты предлагал в карлика сыграть. Я согласен, – говорит Карл. – Но у меня новое условие. Наш режиссер заболел. Отвезите его в больницу.
– А что изменилось? Он у вас онемел? Или предлагаешь язык ему отрезать?
– Он без сознания. Бредит.
– Сейчас бредит. А завтра начнет болтать.
– Да он же никого из вас не видел! Даже не знает, что вы здесь.
– Это ты так говоришь.
– Клянусь. Он не расскажет.
– Послушай, ковбой, не начинай сначала, – говорит Корень. – Выпей лучше.
Подталкивает Карлу стакан, берется за бутылку.
– Мужики, вы же люди, – говорит Карл. – Человек может умереть.
– Не факт, – говорит Рэм. – Через день-два свалим, тогда вези своего главного хоть в Израиль лечить.
– А если не выдержит два-три дня?! – кричит Карл. – На вашей будет совести.
– У нас приказ. Все! Больше не обсуждаем.
– Ну тогда хоть…
– Все, – обрывает его Рэм.
Карл по его тону понимает: их не упросить и не убедить. И все же просит:
– Лекарство хоть какое-нибудь из города…
– Отвяжись, – говорит Рэм, – не то выкину.
– Не нуди. Надоел, – негромко и спокойно произносит Упырь. – Себе же хуже делаешь.
– Послушай, командир, – говорит Карл, – сейчас ему так плохо, что он ничего не соображает. А придет в себя, расскажет про лилипутов, про тюрьму в Бурлыжнике, кто ж поверит? Бредит человек, тронулся после болезни.
Корень раздумывает:
– Так-то оно так…
Неожиданно Карла поддерживает Упырь:
– Парень прав. Их главный когда еще очухается, а мы скоро отсюда слиняем. И тогда по барабану, расскажет или не расскажет. Так что не хрен париться, отвезем в больничку – и все дела.
Корень резко хлещет пальцами по краю стола. Ставит печать.
– Согласен! Ты и отвези.
– Ну что? Тогда поплыли, – говорит Упырь.
Карл спрыгивает со стула.
– Я поеду с вами.
– Уговора не было, – говорит Корень. – Надеешься сбежать и – прямым ходом в полицию? Хитер, друг Купачупа.
– Никак нет, товарищ командир, – говорит Карл. – Хочу убедиться, что Кирилла Максимовича благополучно довезли. Типа общественный контроль.
– Какой, к черту, контроль! Ты операцию рассекретишь. Прикинь, какой шорох пойдет: два лба уголовного вида приволокли полудохлого чмыря без документов. Все бы ничего, дело обычное, но тут еще, прости, друг, карлик рядом вертится. Это, блин, перебор. Хочешь сопроводить – пожалуйста, но только до ворот.