Она неодобрительно поджала губы. Я предложил:
– Есть простой выход – дайте нам транспорт, мы проедемся по городу, осмотрим достопримечательности, посетим музеи и пообедаем в ресторане. А если в городе есть театр, то вечером сходим на спектакль. Заодно и перекусим в буфете.
– Абсолютно исключено! – для большей строгости Хратов даже встал во весь свой небольшой рост. – Никто не покинет территорию. Захар Матвеевич может без предупреждения прибыть в любую минуту. Такое уже случалось. Вам необходимо ждать здесь.
– Помилуйте, это же целый день безделья! – воскликнул я. – Кто такое выдержит?
– Может, пусть прогуляются по парку… – нерешительно предложила Марта Рудольфовна.
– Не уверен… – Хратов, казалось, задумался. – Как-то не очень…
– А по-моему, очень даже очень, – уже решительнее проговорила Марта Рудольфовна. – Почему бы и нет? Во-первых, организованно, все вместе. А во-вторых, они там ничего не сломают.
Вынужден был вновь им напомнить:
– Мы говорим не о детях, а о взрослых людях.
– Послушайте, мы не рассчитывали, что они задержатся здесь надолго, – резко сказал Хратов. – Недопустимо, чтоб посторонние разбрелись по замку и производили беспорядок. Необходимо сосредоточить всех в одном месте.
Мне представились маленькие актеры, сосредоточенные, как он выразился, ну, скажем, в каком-нибудь казарменном каземате…
Я осведомился:
– А газовой камеры у вас, часом, не найдется?!
– Что за глупый вопрос! – холодно отозвалась Марта Рудольфовна. – Какое это имеет отношение к делу? Да, готовим на газу. И что?
– Господин режиссер непонятно почему имел в виду концлагерь, – объяснил Хратов совершенно серьезно.
Домоправительница пожала плечами:
– Так что решим, Герман Велорович?
– Пусть кто-нибудь сводит их на экскурсию по поместью. Ну и, пожалуй, можно пустить их в кинозал.
– Нет, – отрезала Марта Рудольфовна, – туда я больше никого не пущу.
– Логично, – согласился Хратов. – Пусть смотрят телевизор в комнатах для гостей.
Он взял со стола телефон и набрал номер.
– Хратов… Тут у нас артисты ожидают Захара Матвеевича… Да, те самые, что прибыли ночью… Надо, чтоб кто-нибудь показал им поместье… Да, что-то вроде экскурсии… Значит, на время снимите с поста… Все равно, кто именно. Есть у вас такой массовик-затейник… Да, да, наверное, он самый… Вот ему и поручите… Их руководитель будет ждать его в приемной… Как это где?! В при-ем-ной…
Он положил телефон и обратился ко мне:
– Вами сейчас займутся. Еще что-нибудь?
Я вышел в пустую приемную и сел на антикварный диван. Меня начало подташнивать от сгущенной роскоши. В глаза назойливо лезли завитки и завитушки из всех пород драгоценного дерева, мрамора, алебастра и еще невесть чего, неразличимого под позолотой. Душа тосковала по простому и естественному – «Икее», ДСП, фанере, пластику и ламинату.