– У вас майка надета наизнанку, – говорит Юрганов, начиная разговор с пустяков, чтобы дать девушке время освоиться.
– Знаю, – шепчет Алия.
Юрганов приподнимает брови, обозначая вопрос: почему не переоделись?
– Я не хочу, чтобы он звал меня Вишенкой, – шепчет Алия.
Юрганов понимает: она вывернула майку, чтобы спрятать рисунок.
– Он вас больше не обидит.
Она неуверенно кивает – непонятно, в знак ли благодарности или из простой вежливости.
– Я говорил с его начальником. Надеюсь, его накажут, – сообщает Юрганов.
– Он мстить будет, – шепчет Алия.
– Не посмеет.
Она вновь неуверенно кивает, а Юрганов думает, что, возможно, поспешил, пообещав наказание Сому прежде, чем проведет расследование.
– Алия, расскажите, – просит он, – что произошло.
И вздрагивает от неожиданности, когда она вскрикивает:
– Он хватал меня!
– Тише, пожалуйста, тише, – бормочет Юрганов. – Постарайтесь спокойно рассказать, как все было.
– Я шла! – восклицает Алия. – Я шла, а он меня хватал. Поднял и прижал к себе, как держат на руках ребенка. Я хотела закричать, а он увидел и сказал: «Закричишь – уроню». Я испугалась и не стала кричать. А он начал говорить всякие бессмысленные глупости: «Эх, Вишенка, увезу тебя в тундру, станешь ягодкой-морошкой». Наверное, он псих. И запах от него был мерзкий – пахло одеколоном или дезодорантом. Как отдушкой в туалете. Наверное, он хотел меня поцеловать, но в это время прибежал Карл и закричал: «Отпусти ее!» Он засмеялся: «Если не отпущу, что сделаешь?» Тогда Карл изо всех сил ударил его ногой по… как это? – она показывает на своей ноге.
– Голень, – подсказывает Юрганов.
– Да, Карл бил по голень. Очень больно, я знаю. Он закричал, меня не ронял. Ставил на пол. Потом Карла толкал.
– Толкнул или ударил? – уточняет Юрганов.
– Толкал! Карл в стенку летал, он уходил.
– Понятно, – говорит Юрганов. – Не бойтесь, теперь он к вам не прикоснется. Но все-таки на всякий случай постарайтесь не ходить одна. И если, не дай Бог… сразу извещайте меня.
Алия тревожно смотрит на него, а потом, поняв, что продолжения не последует, спрыгивает со скамьи и, запинаясь, влечется по розарию назад, откуда пришла. Юрганов, вздохнув, отправляется на поиски мужчин. Он очень надеется, что они не мастерят в уголке стенобитную машину или не роют подкоп. Толку из этого не будет никакого, а неприятностей с Хратовым и охраной не оберешься.
Проходя мимо Полигона, он видит Эврипида на прежнем месте – на высоком бетонном постаменте с той же тетрадью на коленях. Юрганов останавливается у подножия.
– Вы не знаете, где мужчины?