— Я не могу пока приехать.
— Знаю, Мелисса. Не торопись назад. Я на основании доверенности от твоего имени действовал. Дело о поджоге заведут. А ремонт…
— А ремонт я сама сделаю, когда вернусь. Спасибо.
Оглядываюсь на Хью и вдруг, сама от себя не ожидая, подмигиваю Джонатану.
— Ты настоящий… друг.
— Сходим еще раз на балет?
— Могу предложить более интересную экскурсию, — вмешивается в разговор Хью, собственнически прижимаясь губами к моей шее. — На кладбище.
— На балет с тобой могу сходить я.
Шэннон выходит из-за наших спин, и я впервые за сутки вижу, как она улыбается.
— Любите балет?
— Люблю искусство. И котиков, — добавляет она, когда на плечо Джонатана вскарабкивается Ами.
— Зато эта кошка не любит женщин рядом с Джо, — словно по секрету шепчет ей на ухо Хью.
— Мелисса, прости. — Джонатан оглядывается на окрик мужчины в форме пожарного. — Идти надо. Будут новости — наберу.
— Хью наберешь?
Сдерживаю улыбку, когда вижу, как Джонатан смущенно опускает ресницы, пряча от меня взгляд. И как я могла почти год не замечать, что рядом со мной живет человек, способный стать настоящим другом?
— Хью наберет, — вместо него отвечает мой мистер Хаос и, махнув на прощание Джонатану, сбрасывает вызов. — Вот так, да? У тебя пылает кондитерская, а ты строишь глазки соседу? Это заслуживает самого строгого наказания.
Вздрагиваю, когда его ладонь опускается с моего плеча на бедра и ныряет под край футболки. И тело, уставшее даже дышать, вдруг готово собрать последние силы и свернуться клубочков, лишь бы остаться в этих руках.
— Ребята, вы не в мотеле, а прямо у входа в местное отделение стражей порядка. Оставьте свои брачные игры для более подходящего места.
— Не будь букой, Шэн!
Эти двое снова начинают переговариваться. А я улыбаюсь.
Мы все еще не нашли Дебби. Кто-то поджог кондитерскую. Но впервые за последнюю неделю я действительно верю, что все будет хорошо.
Глава 62. Когда есть кому собрать тебя заново
Звонок из отделения раздается почти в полночь.
Шэннон раздумывает несколько секунд перед тем, как принять вызов с незнакомого номера. Мы вдвоем в комнате, Хью — в душе. Кто будет звонить девушке ночью? Только маньяк.
Или страж порядка, уставший от криков сумасшедших девиц.
Об этом мы узнаем, когда Шэннон все-таки отвечает на звонок.
Дебби нашли и уже привезли в участок. Живую. Больше он ничего не говорит, только ругается и сбрасывает вызов, предлагая самим приехать и убедиться, что все психанутые этого города собрались в одном месте. И мы, конечно же, собираемся.
— Ну вот, а ты переживала, что твои пироженки не помогают, дурочка! — бурчит Шэннон, пытаясь переодеться до того, как Хью вернется из душа.