— Пошли в машину? Надо добраться до заправки. Голодная же.
— И вот так просто уйдешь?
— А надо сложно? Могу на руках. Умею. Хочешь?
Одно движение, и Хью стоит вверх ногами. Синие пряди падают на лицо, скрывая глаза. И на мгновение он снова кажется моим мистером Хаосом.
— Ну, теперь пошли?
И, медленно переставляя руки, направляется к машине.
Мои же обессиленно падают.
Глава 57. Я не подхожу тебе
Шэннон снова спит, а я прячу глаза от слепящих фар встречных машин и изредка приоткрываю губы, порываясь сказать все то, что сидит внутри. Но Хью на меня не смотрит. И храбрости во мне остается ровно настолько, чтобы не выскочить из машины.
— Я за кофе. Тебе взять что-нибудь? — спрашивает он, сворачивая на заправку.
— Д-да.
— Хорошо. Жди здесь.
Хью выходит из машины, и я, подумав пару секунд, выползаю следом. Спина хрустит, попа давно приняла форму автокресла, лицо отекло. Холодный воздух дрожью проходится по теплой коже, и мне становится легче.
Вот только внутри все еще свербит не начатый разговор.
Понимаю, что в этот раз я должна сделать первый шаг. Я должна извиниться. Я должна…
Должна показать, что “мы” — не просто слово из двух букв. Что оно и для меня что-то значит.
— Держи.
Он подходит неслышно. И я дергаюсь от спокойного голоса за моей спиной. Хочется податься назад, прижаться к его груди, прикрыть глаза, ощутив оковы объятий на талии. Но он больше не хочет связывать нас одной цепью.
— Хью.
Я поворачиваюсь к нему. В одной руке жестянка с кофе, в другой — холодный чай для меня. Жасминовый. И пусть мы оба знаем, что от жасмина в нем лишь одно название, эта мелочь трогает меня до дрожи в сжатых в кулаки пальцах. Я протягиваю руку за бутылкой и, когда Хью отворачивается, останавливаю его словами:
— Давай поговорим. Пожалуйста.
Вижу, как тело напротив словно деревенеет. И мне почти физически больно от этого.
— Хорошо. Давай поговорим.
Он облокачивается на капот машины, с тихим щелчком открывая банку кофе. Смотрю на влажную от духоты футболку, что облепила тело. На мурашки на предплечьях от прохладного воздуха. На губы, что касаются не меня. И подхожу ближе. Медленно. Осторожно. Словно к клетке с диким хищным зверем.
— Я хотела извиниться.
Хью поднимает на меня взгляд. Тот пробегается по моему лицу, цепко и внимательно, будто выискивая фальшь в моих словах. И я продолжаю, выталкивая их из себя сквозь царапающую щекотку.
— Прости, что… Что раз за разом причиняю боль своим недоверием. Но мне было так…трудно. Ты стоял в зале такой красивый. С этой вечной ухмылкой, от которой у любой в радиусе ста миль подгибаются колени. И они… А они… Она…