У него есть сестра. А я даже не знаю ее имени.
Вот тебе и отношения, Мэл.
Звонок. Машинальное движение пальцев. Вызов принят.
— Мелли, — в голосе настороженность и глухое отчаяние, что рвет душу больше моей собственной боли. — Я не могу оставить Лекси одну в незнакомом городе. Ей всего семнадцать лет!
— А привести ее к нам ты тоже не можешь?
— В первый день после дороги? Уставшую, голодную — и к незнакомому человеку? Нет. Прости, но не могу.
Слышу, как на заднем фоне сигналят проезжающие машины, что-то говорят люди. Слышу его тяжелое дыхание.
— Ты на работе?
— Конечно. Где мне еще быть? Вечером заберу Лекси с автовокзала и сразу повезу отдыхать.
Пауза, которую заполняет лишь неловкость, что внезапно появилась между нами.
— Мелли, — голос его звучит неожиданно мягко, — завтра эта мелкая зараза проснется радостная и полная жизни. И тогда я познакомлю вас. Ты об этом переживаешь?
— Просто… вдруг…
— Вдруг ты недостаточна важна для меня?
Киваю, забыв, что он не видит меня. Слезы катятся по лицу, щиплют щеки, щекотят шею. Разревелась, как ребенок…
— Мелли, ты такая глупенькая. Подожди.
Он сбрасывает вызов. Но, не успеваю я удивиться, звонит вновь. На экране мигает значок видеокамеры. Мне правда надо сейчас показать ему свое зареванное лицо?
— Давай, Мэл, ответь на звонок…
Дрожащий палец смахивает значок.
— Дурашка, — Хью улыбается, но глаза его остаются серьезными. Я и не знала, что он умеет так смотреть. — Гляди, Мелли.
Он оглядывается по сторонам, словно проверяя, нет ли кого поблизости. А потом достает из кармана какую-то тряпицу.
— Опля! — жестом фокусника расправляет ее, и я вижу…
— Откуда это у тебя?
— Стащил у своей девушки, откуда еще.
Широкая наглая улыбка, хитрый прищур, голубые глаза. И меня начинает отпускать.
— Теперь ты веришь, что я не могу без тебя жить?
— Теперь я верю, что ты извращенец.
— Ох, мэм, я тоже знаю слишком много о тебе, чтобы суметь отказаться.
— Мое имя и адрес?
— А еще… — голос скатывается до интимного хрипловатого шепота, запуская морось мурашек по моему телу. Кажется, пахнет подгоревшим морковным коржом, но мне сейчас до этого нет никакого дела. — Еще я знаю, как сладко ты стонешь, когда я…
Сбрасываю звонок и откидываю смартфон подальше. Лицо пылает красным, а внутри бабочки устроили побоище.
И как я теперь переживу сегодняшнюю ночь?
Глава 46. Чай по-соседски
В чувство меня приводит запах горелого.
Подскакиваю с табуретки и бросаюсь к духовке. Дым изнутри не валит — уже хорошо. Вот только коржи…
— Мама бы сказала, что они просто загорелые, — успокаиваю себя, хватая с крючка полотенце, — бледной немощью в разгар лета ходить никому не хочется. Даже морковному тортику.