— Это еще вопрос, кому из нас кого стоит опасаться, — хмыкает Шэннон и, секунду подумав, склоняет согласно голову. — Ладно, мистер…
— Джо. Для Вас просто Джо.
— Ладно, Джо. Веди, а то еще пять минут — и я засну прямо здесь.
— Вряд ли это хорошо скажется на Вашем здоровье.
— Они сейчас что, флиртовали? — громким шепотом спрашивает Дебби у Райана, и этот шепот эхом разносится по пустому залу.
— Вот еще…
— Я просто вежлив, — почти одновременно отвечают эти двое и, ни говоря больше ни слова, выходят из кондитерской.
— Нет, это точно был флирт, — с видом знатока повторяет Дебби и, чмокнув Райана в нос, решительным шагом преодолевает половину зала, протягивая Хью руку. — Адрес и ключи, пожалуйста. У меня, между прочим, все еще медовый месяц.
— Боишься потерять один из кубиков своего мужа? — хитро подмигивает Хью, протягивая ей ключи.
— Боюсь, что их захочет пересчитать кто-нибудь еще.
И вот мы остаемся одни в пыльном помещении. Все почти так же, как в первую нашу встречу с этим залом: пыль и мука взвиваются в воздух, танцуя в солнечных лучах причудливые танцы. На потолке сквозь сажу проглядывает кончик полумесяца. Пусто. Грязно. Но все равно уютно.
— Не идеальный, не красивый, но все еще живой.
— Наш.
— Слушай… А может, ты уволишься? — неожиданно срывается с губ, и я задерживаю дыхание в ожидании ответа.
— Уволюсь, и… — синие глаза смотрят пристально, выискивая в моих то, чему не нужно никаких объяснений.
— И станешь вторым владельцем “Лунного тарта”.
— А если ты однажды пожалеешь об этом?
— А ты сделай так, чтобы не пожалела.
И, встав на цыпочки, целую эти любимые, такие упрямые губы. И этот поцелуй среди пыли, сырости и разбросанной по полу муки — самое пронзительное, что случалось в моей жизни. Потому что я больше не сомневаюсь ни в себе, ни в Хью.
— Я готова дышать с тобой одним воздухом сейчас и после, мой мистер Хаос.
— Ты звучишь, как дешевая мелодрама, мэм. Но, кажется, я впервые не против мелодрам.
А утром я вместе с Джо и Хью стою в отделении стражей порядка. Снова. Но теперь уже из-за дела о поджоге.
— Вот, мэм, у вас есть пять минут, — меня пропускают в маленькую комнатку, где за столом уже сидит Скайлер.
Непривычно видеть косу вместо распущенных платиновых волос, мятую одежду, синяки под глазами на безупречном лице. Оглянувшись на офицера, что встал у двери, прохожу и сажусь напротив Скайлер.
— Почему?
Это единственный вопрос, который я могу задать. Эти серые стены давят, заставляя задыхаться, и я не хочу находиться здесь дольше, чем требуется. Но и не спросить не могу.
— Почему, Скайлер?