Бетти, казалось, не слышала меня, завороженно глядя на желейно-муссовую пироженку. Я вкладываю ей в руки красивый контейнер, сквозь прозрачные стенки которого видно каждый слой. Фиалки и анютины глазки, застывшие под сиропом, бликуют, заставляя сердце таять от красоты.
— А что мне делать с ним? Просто съесть?
— Не просто.
Я сажусь на корточки напротив нее, чтобы смотреть глаза в глаза. Ноги дрожат от усталости, но голос мой тверд. И даже холодильник перестал гудеть, словно почувствовав важность момента.
— Сначала надо остаться дома одной. Надеть любимое платье, распустить волосы, включить музыку. Зажечь свечи и налить самый вкусный чай. С закрытыми глазами честно признаться себе в том, что на самом деле хочешь. И, вспоминая моменты, когда чувствовала себя по-настоящему счастливой, отламывать ложечку за ложечкой. И ты увидишь, как начнет меняться твоя жизнь, Бетти.
Она прижимает форму с террином к груди, и я вижу, как загораются ее глаза.
— Можно, я пойду? — голос ломкий от волнения, но глаза сияют ожиданием счастья, и я отстраняюсь.
— Да, конечно. Я провожу.
Уже на пороге Бетти оборачивается и сует мне в руки мятые купюры. Снова покрывается румянцем.
— Это чтобы мама не знала. Она… она проверяет мои счета. Так же можно, правда? Или надо…
Твердой рукой забираю деньги и утвердительно киваю головой.
— Можно. Не волнуйтесь.
И, закрыв за ней дверь, обессилено опускаюсь на пол прямо у входной двери. Мама, спасибо за то, как сильно верила в меня. Эта вера и сейчас заставляет вставать даже тогда, когда чудится, что сил нет. Даже тогда…
Новый звонок в дверь заставляет вздрогнуть. Кажется, будто эта громкая противная трель вибрацией проходится по всему телу, застревая где-то в районе макушки. И сверлит, сверлит черепушку, заползая под кости склизким червяком.
Думая, что это Бетти что-то забыла, даже не смотрю в дверной глазок. Но за дверью молодой парень с курьерской сумкой в руках.
— Мелисса?
— Да, я. А вы?
Смотрю на него с недоумением. Желе, что сейчас заменяет мне мозг, отчаянно не хочет понимать, что происходит.
— Для вас доставка.
Он достает откуда-то подставку с кофейным стаканчиком и протягивает мне. Теплый насыщенный аромат проникает под кожу, вызывая желание свернуться клубочком под пледом.
— Но я ничего не заказывала.
— Ах, да! Чуть не забыл.
Он взмахивает руками и, порывшись в карманах, достает оттуда тонкую картонку.
— Это вам. Записка к заказу.
И, качнув головой на прощание, спешно скрывается из виду.
Закрыв за собой, захожу на кухню. Любопытный базилик вытягивает в мою сторону листочки, словно умеет читать. Холодильник снова начинает нравоучительно тарахтеть, как престарелая матрона. И только поварешка притихла, все еще переживая из-за утренней оплошности.