Белый холодильник оскорбленно гудит, словно самолет, идущий на взлет. Ставлю обжигающие формы на стол и, не оборачиваясь, ласково провожу ладонью по твердому глянцевому боку.
— Прости, но тебя немощью даже в шутку обозвать сложно. Не принимай на свой счет.
И, как только тарахтение за спиной стихает, опускаюсь снова на табурет, задумчиво опустив подбородок на ладони. И что мне теперь с этим делать?
— Ай, ладно. Для себя же любимой…
Аккуратно срезаю черную корочку. Внутри — плотный и ароматный коричневый корж. Во мне просыпается маленькая девочка, которой хочется пальчиком сковырнуть с краю и вытащить орешек. Уговариваю себя этого не делать, мысленно представляя, в какую красоту превратится эта вкуснятина, если я все-таки сделаю крем и соберу морковный тортик.
Разрезав коржи надвое, аккуратно пропитываю их апельсиновым соком. Цитрусовый аромат бьет в нос, заставляя вдохнуть поглубже. Легкая кислинка с горьковатой ноткой, сладость коржа — смешиваются в божественный запах и вынуждают быстрее взбить творожный крем.
Собираю торт, исходя слюной. Даже ждать не собираюсь, пока он пропитается. Дам ему ровно столько времени, чтобы хватило чайнику.
Поставив кипятиться воду, выхожу на лоджию. Вижу, как помидорки веточками тянутся к оконному стеклу, к которому с обратной стороны прильнул листиками базилик. Губы поджимаются в хнычущей гримасе. Я тоже скучаю и хочу к Хью. Почему нельзя врасти в него, чтобы быть постоянно рядом?
— Ой, да помогу я вам, несчастные возлюбленные!
Переношу базилик на лоджию и ставлю его рядом с помидорками. Их веточки тут же переплетаются, начиная пахнуть на всю округу. Это они так в чувствах друг другу признаются? Завидую… Я бы не смогла вот так просто взять и произнести “люблю”.
— Добрый вечер, Мелисса.
Джонатан выходит на лоджию с Ами на плече и чашкой кофе в руках. Интересно. а он вообще, кроме кофе, что-нибудь пьет? Или оно у него по венам вместо крови бежит уже?
— Здравствуй.
— А где…
— Хью? Не придет. Сегодня встречать закат буду одна. А у меня тут…
Задумываюсь ровно на секунду, а после радостно выпаливаю:
— А ты торт морковный любишь?
Он улыбается, слегка пригубив из чашки. Ами недовольно фыркает и, показав мне зад, уходит в квартиру.
— Из твоих рук даже яд вкусным покажется.
— Сомнительный комплимент.
— Боюсь, что за нормальный Хью мне открутит голову и забудет потом на место вернуть.
Грусть на мгновение снова касается моих глаз, но я не даю себе раскиснуть.
— Заходи на торт? Угощаю.
— Он против не будет?
— А мы ему не скажем! — хитро подмигиваю. — И захвати кофе. Мне кажется, они с тортиком созданы друг для друга!