— Куда сначала? В дайвинг-клуб? — Шэннон задвигает чемодан под кровать и перевязывает волосы.
— Думаю, логично будет начать с места работы, — поддерживает ее Хью, и мы втроем выходим под начинающее жарить солнце.
Пасмурно, но душно, и я кутаюсь в толстовку Хью, чтобы не сгореть. А вокруг шумные туристы, яркие палатки и запахи, от которых кружится голова и сводит желудок от голода. Когда мы последний раз нормально ели?
От последней мысли прихожу в ужас.
У меня пропала подруга. А я то развожу любовную драму на пустом месте, то думаю о еде. Идеальный друг.
— Красавицы, давайте сейчас пройдем во-о-он к той палатке, — Хью указывает пальцем на что-то ярко-зеленого цвета с надписью “Сувениры”, — там возьмем карту этого великолепного городка и заодно рядом купим чего-нибудь перекусить. Боюсь, умершие от голода мы не сильно поможем Дебби.
Шэннон кривится, но не может спорить с логикой, поэтому дружно направляемся к палатке, огибая разноцветную толпу спешащих к океану. Воздух пахнет солью, стягивает кожу. И я вдруг только теперь замечаю, как измотан Хью. И дело не в искусственной улыбке, прилипшей к губам, как листик кинзы. И не в потускневших глаза.
Бледная кожа. Испарина на лбу. Нахмуренные брови.
— Хью, ты в порядке?
Мой голос почти не слышен за гомоном толпы и мальчишек, предлагающих кукурузу. Но Хью оборачивается.
Очередная улыбка. Подмигивание. И я почти расслабляюсь.
Но вот рука его касается затылка, и я буквально чувствую, как Хью простреливает болью.
— Что? Дай посмотрю…
— Мэм, стой.
Ладонь вырастает перед моей грудью непробиваемой стеной. И я могла бы попытаться снести эту стену, но имею ли право?
— Все нормально, Мелли, — смягчается Хью, — просто шишка после того, как мне эти обкуренные хиппи по голове дали. Немного больно. не страшно.
И, вдруг мягко обхватив меня за бедра, спрашивает уже знакомым придурочно-сексуальным голосом:
— Или моя рыжая ведьмочка хочет полечить своего плохого мальчика?
Этот вопрос абсолютно неуместен. Но после него мне становится легче. И, с тихим фырком оттолкнув Хью, я ускоряю шаг, пытаясь догнать Шэннон.
Мистер Паттерсон, тот самый, из-за которого Дебби не могла прогуливать работу вместе с Риком, Реем или Роем, оказался приятным мужчиной. И обеспокоенным.
— Я правда не знаю, чем вам помочь, ребята. Я пытался обращаться к стражам порядка, но кто мне Дебора? Просто подчиненная. Меня даже слушать не стали. Информации о ее родителях у меня нет. Ничего странного не происходило.
Он разводит руками, поджимая губы. И приходится признать — он прав, от него ничего полезного мы не узнаем.