— В такие моменты я радуюсь, что не поступила.
— Это всего лишь сессия, — она устало трет опухшие глаза, — еще пара дней — и свобода! Я почему звоню, кстати. Ты с Дебби давно созванивалась?
Наступает моя очередь шевелить губами и загибать пальцы. Кажется, подруги даже не в курсе, что моя только что открытая кондитерская уже несколько раз оказывалась под угрозой закрытия.
— Давно, — наконец-то сознаюсь я. — У меня тут проблема на проблеме, все времени не было…
— Да, конечно… — протяжный зевок, сонные потягивания. — Кондитерская, парень, новые знакомы… Понимаем и не осуждаем.
— Так что ты хотела от Дебби?
— Сорваться к ней в Оушен Тирс после сессии. И тебя по дороге прихватить. Год не виделись почти, в конце концов!
— А она что? Наша зефирная королева морей и океанов не против приютить двух одиноких подруг?
— Это ты-то одинокая? Я все еще не удаляю фотку твоего парнишки из сообщений. А знаешь, почему?
— Не имею ни малейшего понятия.
— Чтобы служила напоминанием о том, что мужчины как вид вообще все еще существуют в этом мире.
— У вас в универе мало парней?
— Парней? Много. Мужчин мало. Одни прямоходящие приматы.
— Так Дебби-то что?
— Дебби? Дебора Коллинз нагло игнорирует мои звонки и сообщения. И, честно говоря, меня это начинает напрягать.
— Я позвоню ей. А ты выспись иди.
— Как говорил какой-то умный человек… — еще один зевок прерывает фразу почти на полуслове. но Шэннон не сдается: — Сон — это демоверсия посмертия. И я склонна ему верить.
С улицы заходит Хью, принося с собой ароматы прогретого асфальта, скошенной травы и неизменного лимонада. Слежу за ним взглядом, физически ощущая, как зрачки начинают пульсировать в такт его шагам.
— Привет…
— Привет, Мелли. Занята?
— Да. Обсуждаем с твоей девушкой важность сна для человеческого организма и его влияние на жизнь, — вклинивается в разговор Шэннон, уже упавшая головой на подушку.
— И что выяснили? — он кладет голову мне на плечо, заглядывая в экран смартфона. Рука непроизвольно тянется к его каштановым вихрам с синими прядями.
— Я говорю, что сон — демоверсия посмертия, а я туда еще не стремлюсь. И в чем я не права?
Хью, как кот, трется макушкой о мою ладонь, и со всей серьезностью, на какую только способен, заявляет:
— Если ты сейчас не поспишь, то твоя демоверсия имеет все шансы превратиться в полную версию с лицензией и дополнениями в виде обглоданной червяками черепушки и забронированным местом на кладбище. Ты свое как, уже приготовила?
— Мэл… Ты почему не говорила, что он у тебя такой нудный?
Шэннон накрывает голову подушкой и уже оттуда бормочет: