Оборачиваюсь, мысленно ругая себя за то, что не успела протереть пару столиков и пополнить витрину до прихода новых покупателей.
— Здравствуйте!
С улыбкой встречаю вчерашнюю пожилую женщину. Ее седые волосы аккуратно уложены, а голову венчает новая розовая шляпка с тонкой полупрозрачной вуалью. Пальцы, затянутые в ажурные белые перчатки до локтя, тарабанят по прилавку, пока взгляд ее пробегается по витрине.
— Где же обещанное мне сонное пироженое? Неужели речь шла об этой красоте? — ее палец утыкается в стекло прямо напротив воздушного бисквита с мелиссовым курдом.
— Да, это оно. Будете брать?
— Но, девушка! — она всплескивает руками, округлив глаза, и я начинаю волноваться. — Их здесь всего два! А я подруг позвала в “Лунный тарт” на девичник. И они уже в пути. Их пять человек, и все, понимаете, все страдают бессонницей! Что же теперь делать?..
— Как “что”? — подмигиваю ей так же, как она мне вчера, и скрываюсь на кухне. Там в холодильнике меня ждет еще один поднос с мелиссовым десертом. Надо ему название дать, что ли, какое… А то права Скайлер — странно звучит. — Звонить подругам и говорить, чтобы поторопились!
— А вы дело говорите!
Она достает смартфон из маленького аккуратного клатча и, дождавшись ответа, звонким и совсем не старческим голосом спрашивает в трубку:
— Ну и где вы, курицы старые? Сейчас все пирожные разберут — потом не звоните мне в три ночи плакаться! Я в фонтане плавать больше не пойду — и так в прошлый раз кости застудила!
Я сжимаю крепче челюсти в попытке удержать смех. Она закатывает выразительно глаза и, покрутив пальцем у виска, продолжает:
— Дороти, карга ты такая! У тебя есть пять минут, чтобы добраться до “Лунного тарта”. Таксист не хочет превышать скорость? Так соблазни его. Да кому какое дело, насколько он моложе — не соблазнится, так испугается! Давай, время пошло.
Я отхожу протереть столики, когда слышу, как она снова кому-то звонит.
— Шарли, а ты где? Тоже в такси? — долгий тяжкий вздох и уверенное: — Ногу на ногу, руку ему на бедро и грудь вперед. И скажи, что сразу поняла, почему он все никак тебя до места назначения не довезет. И побольше страсти в голосе! Да, именно так. Всему вас учить надо!
Я возвращаюсь за кассу со слезами на глазах от смеха, что получилось запереть внутри. И с каждой секундой мне все сложнее сдерживаться.
— Не будь такой в старости, милая. Эти калоши ортопедические совсем разум потеряли. Тут пироженки заканчиваются, а им лень мужику улыбнуться.
— А вы… — запинаюсь, снова прикусив губу, чтобы не разразиться истерическим хохотом. — Вы часто таксистов соблазняете?