Он становился все более отчетливым, точным.
Образ одной детали, которую он видел. Много раз.
Внезапно он понял.
Капля упала на низ его рубашки и впиталась в ткань.
Крокмитан был прямо у них под носом.
Они прошли мимо, не заметив его.
Он никогда не менял свою методику.
Он использовал одну и ту же с самого начала.
34
Ноздри лошади дважды сильно вздохнули, и она нервно заерзала, словно разделяя с Ги эту ужасную правду.
Писатель удержал своего скакуна, который пытался уйти из круга крови.
— Подождите! — крикнул он жителям деревни. — Подождите!
Силуэты, согнувшиеся под тяжестью ужаса, замедлили шаг или остановились, обратившись к этому человеку, который пытался успокоить свою лошадь. Всадник с опухшим лицом, со швами на лбу, с руками, покрытыми шрамами от ожогов.
В конце концов жеребец послушался и перестал отступать, стуча копытами по земле.
— По всему полю разбросаны столбы, — продолжил Ги. — Мы проезжали мимо них по ходу дела; это столбы, на которые вешают все, что может отпугнуть птиц. Кто-нибудь из вас видел пугало на одном из этих столбов?
После мгновения колебаний и шепота бородатый мужчина поднял руку.
— Я видел это, — сказал он. — Чуть дальше, вон там.
Он указал на поля к северу.
— Я тоже, — сказал другой. — Я был с ним, я видел. Большой пугало.
Ги дернул за поводья и направил лошадь в указанном направлении. Йорик все понял и побежал впереди него, чтобы проверить, нет ли ловушки, заставляя писателя ехать медленнее.
Как только столб появился в ночи, Ги понял, что не ошибся. Пугала не было. Столб был совершенно гладким, пустым.
Тот же столб, что он уже видел в этих краях, на поле напротив дома Лемеров или перед домом Лубье.
Потому что Страшила хотел видеть своих жертв.
Ему нужно было наблюдать за ними, долго.
Узнать их распорядок дня, освоить их коды.
У Лорнанов он смог воспользоваться заброшенной голубятней, но в остальных случаях ему не повезло. Он использовал то, чем был: человеком в костюме. Эту кожу, которую он надевал для охоты. Это лицо в тени, которое Ги едва разглядел благодаря отсвечующему свету фонаря из-за мешка из брезента, в котором была заключена его голова. Этот костюм заставил Ансельма Рубона сказать, что то, что преследовало Пелагею, было чудовищем.
Крокмитан маскировался под пугало.
Он привязывался к столбам, и никто его не замечал, в то время как он мог видеть все.
Это было общим для всех этих преступлений. Наблюдательный пункт. Часто один и тот же.
Крокмитан убивал семьи, обнаженный, чтобы почувствовать их кровь, их органы, чтобы слиться с ними, разделить их плоть, стать частью их. В случае с убийствами Эжена Барси и Пелагии Лемар он действовал под влиянием провокации. Барси был на его территории, он олицетворял власть, ограничение, которое ему не нравилось, которое он не принимал, поэтому он его устранил. А вот преследование подростка было игрой с его преследователями. Чтобы дразнить их.