Ги посмотрел на звезды и на липу над ними.
— Это свойственно романисту, — пробормотал он тихо. — Сливаться со своими персонажами. Писать — это контролируемое безумие. Погружаться в это без меры, а когда последняя страница написана, суметь вернуться в реальность. По крайней мере, к тому, что от нас осталось, или к тому, кем мы стали.
Вдали фонари возвращались к входу в поле, раненых эвакуировали.
Крокмитан, возможно, все еще был где-то рядом, наблюдая за ними и насмехаясь, наслаждаясь своим триумфом.
Спрятанный в дереве. На опушке леса. В кустах.
— Он наверняка недалеко, — сказал Ги. — Это слишком воодушевляющее зрелище, чтобы он лишил себя его. Он смотрит на нас прямо сейчас. Он уже знает, каким будет его следующий шаг. Надо его разоблачить, Хенкс. Надо его очень быстро арестовать.
— Здесь коса! — заорал один из мужчин. — Она… она вся в крови!
Крокмитан бросил свое оружие, чтобы выйти на сцену на столбе.
Ги подъехал на лошади к орудию преступления. Оно было воткнуто в землю. Мальчик лет двадцати протянул кусок разорванной ткани.
— Это было рядом.
— Что это? — спросил Хенкс.
— Это не часть платья Пелагии, — заметил Ги. — Похоже, это кусок костюма Крокмитана. Она, наверное, оторвала его, пока он ее убивал...
Видя, что Ги погрузился в раздумья, Хенкс взял у него из рук кусок ткани и сам осмотрел его.
— На нем кровь.
— Не трогайте его больше! — приказал писатель. — Позовите своих собак! Они его обнюхают, и, кто знает? Может, найдут след, если он все еще где-то поблизости, мы еще сможем его поймать!
Йорик принял озабоченный вид и посмотрел на Хенкса.
Тот положил руку на плечо Ги.
— Ты не видел Йорика сегодня? — удивился он. — Ты не видел его в парке?
Ги порылся в памяти и вспомнил, как смотритель перекапывал землю лопатой.
— А зачем? — спросил он, чувствуя, как в нем поднимается комок ужаса.
— Он их похоронил. Обоих, сегодня же днем. Они съели ядовитую ягоду или отравились трупом, я не знаю.
Ги вспомнил свои собственные слова, сказанные днем.
- Найдем следующую мертвую собаку и поймаем его, пока он не начал снова.
Следующая мертвая собака.
Писателя облил ледяной пот.
— О нет...
Хенкс напрягся.
— Ну? Что с тобой?
Ги покачал головой.
— Крокмитан привёл нас сюда не только для того, чтобы убить Пелагию! Это для отвлечения внимания!
Он заранее выбрал свой следующий ход и искусно его спланировал.
Эльзенер.
В замке, однако, не было семьи в прямом смысле этого слова.
Но там был тот, кто его преследовал.
И то, что было ему дороже всего.
Фаустина!
35
Стук копыт в галопе разносился по лесу, по деревне, а затем под мрачными фасадами замка Эльсенор.