Писатель указал пальцем на труп.
— Я внимательно его осмотрел, он покрыт какой-то пылью, он ходил по грязной воде и... Нужны профессионалы, Мартиаль. Я исчерпал все свои возможности, — признался Ги, внезапно впав в отчаяние.
Перотти внимательно осмотрел тело.
— Это правда, он весь покрыт мелкими частицами. Стоит попробовать.
— Попробую связаться с Лафаргом, у него лучшие специалисты, если он на этот раз мне поверит и не засадит меня за решетку за то, что я притащил труп, который сам же и убил.
Перотти остановил его, когда тот направился к двери.
— В субботу? Удивлюсь, если ваши маленькие гении будут на месте; наши начальники все реже появляются в полиции по субботам. У меня, возможно, есть идея, которая избавит вас от необходимости убеждать Лафарга и по крайней мере убережет вас от временного пребывания в тюрьме. Но для этого вам придется помочь мне погрузить тело в повозку и отвезти в мой участок.
— О чем вы думаете?
— О новом инспекторе, по профессии химике. Он несколько раз помогал нам в расследовании преступлений и краж, просто анализируя частицы!
— Он сегодня работает?
— Он дежурит до вечера. Найдите мне простыню, чтобы накрыть труп, и спускаемся. А потом, если я могу хоть раз отдать вам приказ, оставайтесь здесь и отдохните до моего возвращения. Вы выглядите ужасно, как один из этих убийц.
61
Поезд покачивался от скорости.
Затем он начал замедляться, приближаясь к станции.
Ги отошел от окна, из которого он наблюдал за городским пейзажем, когда кольцевая железная дорога не пролегала просто по выкопанным людьми оврагам или прямо по туннелям, чтобы не мешать жизни на поверхности.
Кольцевая железная дорога опоясывала Париж, обозначая периферийную границу, за пределами которой настоящий горожанин не хотел жить, а порой даже не хотел бывать. У нее было то преимущество, что она ходила регулярно, была недорога и быстра.
А у Ги было мало времени.
Вскоре после отъезда Перотти он получил телеграмму от Максимилиана Хенкса, в которой тот сообщал, что вернется в Париж уже сегодня в полдень.
Присутствие охотника вселило в него надежду.
Оно успокаивало его. С Хенксом поблизости он чувствовал себя сильнее.
И Ги не пытался интерпретировать это детское чувство, которое может испытывать ребенок при возвращении отца: Хенкс был грозным хищником, лучшим охотником из всех, и в борьбе с Хубрисом он не будет лишним.
В первую очередь важно было найти Гикайбо.
В ожидании известий от Перотти — и Ги из глубины души молился, чтобы они
были хорошими, — он развернул карту Парижа, чтобы отметить на ней больницы, расположенные ближе всего к Всемирной выставке.