У отца Горона отвисла челюсть.
На свет появился старик тревожно бледного цвета, одетый в поношенный костюм. Его кожа обвисала на костях, словно его плоть сгорела изнутри, и тогда Ги заметил крошечные отверстия, усеивавшие труп. Он был не просто иссушен, он былобитаем. Постепенно пожираемый колонией насекомых.
— Ги, — остановил его Хенкс, — это не место для этого.
Писатель проигнорировал замечание и начал расстегивать рубашку Оноре Лубьеля.
— Ну что вы делаете? — возмутился священник.
Ги не ответил и обнажил пупок мертвого старика.
Он был нетронут.
И пуст.
Он повторил операцию на женщине, находившейся в таком же состоянии разложения, как и ее муж, но без большего успеха, и, разочарованный, выпрямился.
— Вскрытие покажет нам больше. По крайней мере, на это он надеялся.
17
Дверь закрылась.
Она ушла.
Наконец-то!
Этьен Моль прижал ухо к замку двери своей маленькой квартирки в девятом округе Парижа, в которой он жил со времени смерти матери.
Каблуки стучали по ступенькам в медленном ритме — она спускалась вниз.
Хорошо, мадам Экстеберрия уходила навсегда.
Этьен не мог больше, он был измотан.
Он подошел к печке, чтобы поставить воду на огонь; ему нужен был кофе, но, открыв люк для дров, он обнаружил, что недостаточно просто положить туда поленье — угли погасли, и нужно было заново разжечь огонь.
У него не хватило на это сил. Ну и ладно, без кофе.
Он смирился с этим, налив каплю сливовой водки в крошечный стакан.
- Вечерняя слива, - как говорил папа, - вечерняя слива — самая лучшая.
Если бы она только помогла ему избавиться от головной боли, это было все, о чем он просил.
День был долгим. Двенадцать клиентов за тринадцать часов.
И толстая Экстеберрия в довершение всего.
Она была худшей из всех.
Самой требовательной.
Этьен вошел в комнату, служившую ему кабинетом.
Стол был покрыт воском от свечей, он даже попал на тумбочку, на которой он перемещал стаканы, и на карты Таро.
Ну и ладно, он был измотан, уборка могла подождать до завтра. Завтра он начнет с старика Марселя, в полдень.
А Марсель хотел поговорить со своей женой.
Это было не самое сложное.
Этьен подошел к окну, чтобы убедиться, что Экстеберрия действительно ушла. С ней можно было ожидать чего угодно.
Однажды ночью она была способна прийти и разбудить его в два часа ночи под предлогом того, что ее сын только что установил с ней контакт во время сна.
Настоящее явление, эта женщина.
Этьен вытянулся, пытаясь разглядеть брусчатку улицы внизу, но не мог увидеть тротуар.
Надеюсь, она найдет извозчика, который ее подвезет , — подумал он.Не хочу, чтобы она пришла ныть у меня на лестничной площадке