У меня слишком богатое воображение. Слишком богатое
Ги решил войти в дом.
Именно здесь все и решилось.
В этих стенах.
Жизнь и смерть четырех человек.
Ги был уверен, что этот холодный камень знал гораздо больше, чем рассказал ему до сих пор.
Свет должен был прогнать тьму.
Пришло время.
Ги зажег принесенную с собой керосиновую лампу. Едкий запах керосина проник в его ноздри и дошел до горла.
Он поднял лампу перед собой, озарив вокруг теплым кругом.
Пора, повторил он себе торжественно.
Его разум был готов. Начеку.
Он толкнул дверь и вошел.
А за его спиной, затерявшись среди стеблей кукурузы,его очертания растворялись в тумане, один из скелетов отступил в поле.
Он прошел вдоль первого ряда, чтобы встать лицом к дому.
Его уродливое лицо вырисовалось между двумя колосьями.
Он вглядывался в то место, где мгновение назад стоял Ги.
Недовольное рычание поднялось в его горле—
22
Призрак Ричарда Лорнана отпечатался в центре комнаты, в засохшей крови.
В доме по-прежнему стоял ужасный запах — смесь протухшего мяса и навозной ямы.
Пол был усыпан десятками мертвых мух.
Керосиновая лампа источала тяжелый запах и жирный дым, который, казалось, при вдыхании прилипал к стенкам пищевода. Тем не менее Ги предпочитал этот запах запаху смерти и поднес фонарь ближе к носу.
Стены казались более серыми, тени — более глубокими; весь дом в этом утреннем свете выглядел еще печальнее, чем в воспоминаниях Ги.
Как только он делал шаг, тени двигались вместе с ним.
Целый загадочный и пугающий мир оживал на окраине его поля зрения.
У Ги создавалось впечатление, будто он движется в призрачном видения дома.
Только желтый круг его фонаря защищал его от царства смерти.
Его ореол и запах.
Она была его лодкой для исследования этой мрачной территории.
Он сжал ручку так, что суставы на пальцах побелели.
Эта комната была сердцем фермы; столовая, кухня — здесь Лорнаны делали все. Бугимен выбрал ее, чтобы оставить тело главы семьи, так как здесь оно будет хорошо видно.
Тем не менее, комната казалась относительно нетронутой: опрокинутый стол и скамейки были перевернуты лишь для того, чтобы освободить место для Витрувианского человека. Не было никаких следов борьбы, никаких других пятен крови, кроме тех, что остались на трупе.
Нападение произошло, пока они спали.
В спальнях.
Он перерезал горло Ричарду Лорнану, пока тот спал.
Что касается его жены, то, учитывая ее состояние, было невозможно составить какой-либо сценарий, кроме того, что ее лицо было деформировано синяками. Он ударил ее. Прежде чем вскрыть ее, как курицу, которую потрошат?
Вся эта суматоха разбудила Луи, который вышел посмотреть, а потом побежал запереться в свою комнату, чтобы дождаться Бугимена, Смерти.