Потому что она умерла здесь, и теперь ее душа парила среди них.
Ги вдохнул полной грудью.
Они были совершенно неподвижны, плавая в различных консервирующих растворах, в зависимости от эпохи. Воды с оттенками, то более, то менее янтарными, оранжевыми, иногда почти красными.
Я схожу с ума!
Что-то шевельнулось в темноте, за банками.
Объемная тень.
Ги напрягся.
Это были не плоды. Они здесь ни при чем.
Он был не один.
С ним был кто-то еще.
Тогда он сжал скальпель в руке.
37
Свеча освещала банки с плодами, прокладывая сверкающий путь, пока Ги приближался к лестнице, чтобы подняться на поверхность.
Осторожными, спокойными, но быстрыми шагами он приближался к концу стеллажей.
Ни в коем случае нельзя вызывать подозрения у Бугимэна.
Пусть он продолжает верить, что его не заметили.
Он нападет либо у конца стеллажей, либо когда я буду на ступеньках.
Ги выбрал лестницу. Бугимен был эффективен, но никогда не шел на ненужный риск. Он решит атаковать сзади.
Застать его врасплох. Это мой единственный шанс. Опередить его.
Ги приготовился к удару.
Он догадывался о присутствии врага прямо рядом, который бесшумно следовал за ним по параллельному проходу.
Ги был почти на месте.
Не время сдаваться.
Но ноги подкашивались под ним. У Ги не осталось сил. Сердце билось слишком быстро. Он задерживал дыхание, чтобы не насторожить убийцу, до такой степени, что у него закружилась голова.
Дело было плохо. Очень плохо.
Взять себя в руки. Сконцентрировать всю свою энергию на ударе, который он собирался нанести.
У Ги будет только один шанс, он это знал. Если он даст Крокмитану возможность ответить, он погибнет. У того было непревзойденное мастерство в поединках, Ги понял это, когда на него напали в доме у Лорнанов.
Он был почти готов.
Он сосредоточился. Сначала на своем сердцебиении. Затем на дыхании. На походке.
Он подумал о Фаустине.
О своей возможной смерти.
Левиафан вышел из своего укрытия, Ги всплыл на поверхность своего сознания, и вдруг огромная черная пелена успокоила Ги.
Тьма поглотила все его опасения.
Оставив лишь кокон уверенности.
Ги почувствовал себя сильным. Мощным.
Он дошел до конца стеллажей и, когда уже бросился к лестнице, резко развернулся, оттолкнувшись бедрами, и ринулся назад, чтобы наброситься на преследователя.
Пламя свечи не выдержало такой скорости и погасло в мгновение ока.
Ги успел разглядеть коренастую фигуру, которая шла за ним.
Широкие плечи, лицо, опухшее от алкоголя, лукавый взгляд.
Дукеналь, без всякого сомнения.
Ги набросился на него, прежде чем старик успел среагировать, врезался в него со всей силой и, в темноте, выпустил свечу из рук, чтобы схватить его за шею, одновременно врезав колено в выпуклый живот абортного врача.