Ги пробирался между небольшими чанами и, заметив многочисленные следы на земле, пошел по ним до люка, снабженного рычагом.
Вот оно.
Сердце у него билось быстро.
Фаустина была там, внизу.
Писатель потянул за рычаг, чтобы открыть железный люк и выдвинуть лестницу из перекладин. Он включил фонарь и осторожно спустился вниз.
Проход внизу оказался уже, чем он ожидал. Свод был покрыт мельничным камнем.
Пора было достать оружие.
Ги был начеку. Хубриса здесь не было, но двое оставшихся приспешников могли дежурить — они не оставили бы Фаустину, Луи Стейрна, графиню Болоски и двух медиумов без присмотра.
Он шел по влажной земле, усыпанной маленькими скелетами — кошек, крыс, иногда даже собак. Ги тут же почувствовал на шее дыхание зловония. Гниющая падаль, в этом не было никаких сомнений.
И он приближался к ней.
Он положил руку на стену, чтобы удержаться, когда поворачивал за угол, и не заметил приближающейся гигантской пасти чудовища.
Длинная челюсть, покрытая острыми зубами, достаточно большая, чтобы захватить целую человеческую конечность, увенчанная двумя маленькими желтыми глазами — чудовище появилось внезапно, вытянув клыки в воздух, чтобы разорвать ногу Ги.
Дальше все произошло очень быстро, слишком быстро. Ги заметил лишь быстрое движение, и, прежде чем его внимание переключилось на огромное существо, оно уже было на нем. У него не было ни времени, ни рефлекса, чтобы нажать на курок револьвера.
Он понял, что ему вот-вот оторвут ногу одним ударом, и все, что он мог сделать, — это приготовиться к сильной боли.
Чтобы не потерять сознание. Чтобы выжить, если это возможно.
Зубы щелкнули в пустоту, а в воздухе раздался звон стали.
Крокодила сдерживала цепь, и она только что натянулась.
Челюсти яростно открывались и закрывались.
Ги тут же отшатнулся, пошатываясь от страха.
Крокодил, который находился под Эйфелевой башней.
Тот самый, что пожрал Боменго и Маркуса Лестера.
Страж Хубриса. Верный тому, кто снабжал его пищей... Крокодил, украденный весной из цирка у Порт-де-Витри, — Ги наконец узнал об этом, просматривая газеты во время своего изгнания. Он ухватился за эту идею — украденное животное — чтобы избавиться от ужаса перед сверхъестественным существом.
Ги поднял фонарь, чтобы осветить как можно больше пространства и убедиться, что крокодил не сможет за ним последовать, и продолжил свой путь, задыхаясь и теряя ориентацию от того, что только что пережил.
Затем он вышел в поперечный проход — современный канализационный туннель, расположенный немного ниже, полностью выложенный цементом, неширокий, с низким потолком, но наполненный водой, в которой запах аммиака смешивался с более металлическим ароматом.