Лебуэ пожал плечами и указал на дом перед ними.
— Вот там их и нашли. Внутри.
— Вы уверены?
Лебуэ раздраженно нахмурился.
— Я был там, — решительно ответил он.
— Вы? И только сейчас вы мне об этом говорите?
— Эти три деревни слишком малы, чтобы у каждой был свой сельский страж, я отвечаю за Ветуй, Шеренс и Сен-Сир. Чтобы констатировать смерть пары крестьян, врач не стал бы вызывать жандармов аж из Маньи! Они позвонили мне, чтобы... чтобы все было по закону.
— Юридической? — повторил Ги с сомнением.
— Да и все их здесь хорошо знали.
— И что с того?
— Ну, разве можно было показывать их трупы жандарму, который ничего о них не знал! Зачем? Умирать — это унизительно, знаете ли!
— Вы хотите сказать, что жандармы так и не приехали?
— Врач подписал свидетельство о смерти, а я подписался в качестве законного свидетеля. Этого достаточно.
— Подождите-ка, почему вы это сказали? — спросил Ги, внезапно заинтересовавшись. — В чём же было унижение?
— Понимаете... Иногда, когда умираешь, ты падаешь и... и оказываешься в унизительном положении. Не стоило так их показывать всем.
Ги положил руку на плечо Лебуэ, чтобы остановить его.
— Что вы имеете в виду под «унизительным положением»?
— Раймонда поскользнулась на ступеньке, разделяющей две комнаты внутри, и, падая, задрала юбку.
— До какого места?
— А вам что до этого?
— До какого места? — настаивал Ги властным тоном.
Реми Лебуэ сконфуженно сглотнул слюну.
— Было видно ее нижнее белье.
Ги кивнул, как бы все понимая.
— Именно такие детали мне и нужны.
Сельский стражник поморщился:
— Это непристойно.
— Нет, это может означать, что кто-то задрал ей юбку. Какой-то извращенец. А значит, это не случайность.
— Падение тоже может вызвать такой эффект! — Кто их нашел?
— Мальчик из Шеренса. Он пришел купить у них курицу для своих родителей.
— Сколько ему лет?
— Симону? По-моему, семнадцать.
— Кто еще вошел после него?
— Отец Симона, потом доктор Фолсом и я. Втроем мы смогли вытащить их оттуда, а затем уложить на телегу отца Симона, чтобы отвезти их к доктору.
— Он провел тщательное медицинское обследование?
— Не знаю.
— Тогда откуда он знает, что у господина Лубьеля случился сердечный приступ, а его жена умерла от тяжелого падения?
— Это было очевидно.
— Очевидно? — недоверчиво повторил Ги.
— Да, у нее была разбита задняя часть черепа, на ступеньке и на плитке была кровь, а он стоял в стороне, возле кровати, сжав руку на груди. Доктор Фолсом казался довольно уверенным в себе.
— Он не проводил вскрытие?
— Вскрывать их? Как животных? Зачем?
Ги воздержался от дальнейших вопросов — бедняга явно чувствовал себя неловко при разговоре на эту тему. Он перевел внимание на маленький домик и указал пальцем на дверь.