Фаустина поставила поднос на стол перед ним и приподняла салфетку, под которой оказались четыре золотистых пирожного с ароматом масла и меда.
— Что бы я делал без тебя? — сказал он, взяв ее за руку.
— Ты был бы стариком, которому еще нет и тридцати, совсем иссохшим, умирающим от писательства, здесь, вдали от настоящих ощущений мира.
— Ты права. Ты — та цепь, которая связывает меня с реальным миром, Фаустина. Без тебя я в конце концов заблудился бы в небесах мысли.
Она засунула руку в платье и, не показав Ги ни единого кармана, вытащила письмо.
— У нас почта. Мартиаль Перотти.
Перотти.
Молодой инспектор, с которым они познакомились после убийства Милен. Любовник Милен. Который сопровождал их на протяжении всего расследования, чтобы отомстить за смерть своей возлюбленной.
Мартиаль Перотти с его неуверенностью, его нетактичностью, его неловкостью. Его трогательной человечностью, короче говоря.
После смерти «Хубриса» Перотти и Ги расстались.
Перотти вел все расследование в тайне, он вложил много лет труда, чтобы подняться по служебной лестнице, чтобы однажды стать кем-то в парижской полиции. Он не смог решиться пожертвовать всем. Он сбежал из недр Всемирной выставки.
Он бросил их.
Когда Ги снова связался с ним, несколько недель спустя, уже обосновавшись в Эльсенере, Перотти долго не отвечал. Его первое письмо было полно угрызений совести.
Установить контакт было трудно.
Ги упрекал младшего инспектора в трусости.
Милен отомщена, но это не он добился этого.
А смерть Губриса не вернула куртизанку.
Он закончил свое первое письмо фразой, которую Ги запомнил: - Сейчас я чувствую себя как Орфей, поднявшийся из Ада, потерявший свою Эвридику из-за того, что обернулся; я буду вечно расплачиваться за свое бегство; даже если в глубине души я знаю, что мою Эвридику мне бы никогда не вернули; я хотел бы хотя бы верить, что это возможно, верить, что я способен на это.
Ги прочитал в этом письме тяжесть вины и не стал настаивать. Он не хотел мучить этого человека, который ему помог, без которого ничего бы не было возможно. И он смирился с утратой их зарождающейся дружбы.
Но Перотти написал снова вскоре после этого.
Короткое письмо, чтобы сообщить новости. Его собирались повысить.
Ги и Фаустина ответили, и переписка, наконец, смогла продолжиться.
— А давай прочитаем его вместе, с твоими мадленками, в тени большого дуба? — предложил Ги. — Чтобы вдохнуть в легкие немного этой внешней реальности.
Фаустина провела рукой по волосам писателя, с нежным взглядом и гордой улыбкой.
Ги задрожал от удивления.
— Я не ожидал столького.