— Как удобно, не правда ли?
— И что с того? Совпадения бывают! В этом и заключается вся разница между жизнью и вымыслом, Ги, вам как никому другому это известно!
— Неважно, сбежал ли Лубье со своей возлюбленной, потому что ему предложили за это хорошую сумму, или это Фистул устранил его, чтобы освободить место, на которое он сам претендовал, главное в том, что этот парень сделал все, чтобы оказаться в регионе, из которого он явно не был родом и в котором, по словам всех, он даже никогда раньше не бывал!
— Если он планировал свои преступления, если он заранее продумал их совершение, я могу понять, что он сделал все, чтобы получить назначение в тихую сельскую местность, вдали от любого города и любой суеты, мешающей его зловещему занятию! В конце концов, Ги, к чему вы вообще клоните?
— Фистул — это не его настоящее имя. По-видимому, это девичья фамилия его матери. Я нашел семейные документы, спрятанные в коробке под его кроватью. Его зовут Леон Марбек.
Ему не составило бы никакого труда сменить имя: в наши дни достаточно поймать двух бродяг на скамейке у ратуши — этих мусорщиков, которые специально ждут за гроши и которых называют «свидетелями встречи. - Присутствие двух человек, которые под честным словом подтверждают, что знают вас, позволяет оформить удостоверение личности.
— Неважно, кто он на самом деле, он не местный, говорю вам!
— Я телеграфировал своему другу-полицейскому, чтобы он разведал.
— Перотти? Ваш напарник по расследованию дела «Левиафан, - это он, не так ли?
Ги не стал задумываться над ответом, а продолжил в том же духе:
— Он подготовит мне досье на этого Марбека. Чувствую, что что-то ускользает от нас. Здесь не хватает связности, объяснений.
— Черт возьми, Ги, перестань все сводить к литературе! Такова жизнь!
Неполная, порой бессвязная, безусловно несправедливая! Не все имеет объяснение, и нужно быть смиренным и терпеливо смириться с тем, что в огромном небе знаний мы лишь изредка ловим бабочек познания, а наши сети чаще всего затягиваются на обычных мухах! И с этим нужно смириться! Уже большая удача — быть свидетелями такого зрелища.
Ги встал.
— В таком случае, я оставляю вас с вашими тщетными попытками, мой дорогой.
— Куда вы идете?
— Собирать вещи. Завтра утром я уезжаю в Париж. Не все ясно, и я отказываюсь сидеть сложа руки и забывать Фаустину. Спокойной ночи
Ги промчался по холу и исчез на большой лестнице, оставив Хенкса наедине с потрескиванием камина и тиканьем часов вдали.
Они разносили свои гипнотические тиканья по всему замку.
Отсчитывая время.
Драгоценное время.