— Вы придумали эту историю с беременностью.
— Именно. Кто мог утверждать, что я лгу? Не она! — хохотнул Перотти.
Ги вспомнил выводы врача из морга: Милен не ждала ребенка. Вместе с Фаустиной они наивно полагали, что она солгала Перотти, чтобы манипулировать им и завоевать его привязанность, с тем чтобы вырваться из своей жизни куртизанки.
— Я просто не предвидел, что вы решите начать свой личный крестовый поход, — добавил Перотти. — Я увлекся этими сеансами, когда мы все вместе обсуждали меня! Да, признаю, я поддался вашему влиянию из-за гордости. Ваш выбор прозвать меня «Хубрис» был весьма ироничен в этой ситуации. Иногда я пытался сбить вас с пути, подтолкнуть к тому, чтобы все прекратить, но нельзя резко остановить поезд, мчащийся на полной скорости!
— Вы же не полицейский, верно?
— Не больше, чем вы. Я просто увидел Легранье и Пернетти на месте моих... действий. Я поступил с ними так же, как и с вами: следил за ними, пытался понять, кто они. Мартиаль Перотти — настоящий инспектор, с которым я никогда не встречался, я лишь присвоил себе личность человека, о котором слышал.
— Вот почему тот Перотти, о котором мне рассказывал Лафарг, был бюрократом, и почему я никогда не мог дозвониться до вас в участок, а всегда только домой. А полицейские архивы, которые мы вместе просматривали?
— Я не лгал вам в тот вечер: я подкупил охранника. Любой человек поддается коррупции, нужно только знать его цену.
— Должен признать, что вы поступили ловко.
— Вы себе не представляете, сколько раз вы ставили меня в неловкое положение! И когда вы раскрыли мой маленький запас трупов под Эйфелевой башней, я сначала был действительно очень, очень расстроен. И тогда мне пришла в голову идея сыграть и придумать письма. Ах, ваши бесконечные сеансы графологии! Я до сих пор смеюсь над этим!
— Ведь все указывало на вас. Жизнь, о которой вы мне рассказывали, была настоящей, не так ли?
— Да, вплоть до моего мнимого поступления на службу в полицию. Но что касается вашего анализа, то он был смехотворен!
— Потому что это был именно вы, такой, какой вы есть, а не такой, каким вы себя видите.
— Вы не понимаете? С самого начала я следил за каждым вашим шагом! Вы были настолько убеждены, что можете понять правду с помощью ваших романических методов, что это становилось просто жалко! Вы так хотели быть правы, так хотели в это верить, что сделали все, чтобы подтолкнуть меня к тому, чтобы я подал вам Лестера на блюдечке!
— Я вас раскусил.
— Нет, если бы я не послал Марбека в ваши лапы этим летом, вы бы всю жизнь верили в свою правду! Ту, которую вы сфабриковали, смешав реальность и вымысел! Все, что мне оставалось сделать, — это отвечать на ваши бредни, инсценировать реальность так, чтобы она соответствовала вашим фантазиям. Признай, друг мой, ты попал в собственную ловушку! Ты поверил в свое собственное творение. Ты перенес свою выдумку в реальность, а я просто подстроил последнюю, чтобы не разочаровать тебя.