Но наступила ночь.
Он не вернулся.
Молодая женщина устроилась в гостиной, на стуле у окна, и ждала. Около трех часов ночи она наконец поднялась наверх. Сначала она постучала в дверь своей спальни, на случай, если писатель вошел с задней стороны и не позаботился предупредить их о своем позднем возвращении.
Кровать была пуста.
Фаустина села на кровать, а потом легла.
Подушка пахла Ги.
Теплый, почти мускусный аромат.
Она прижала его к груди, а платье накрыла кровать.
И она тихо плакала.
Как в те ночи в публичном доме.
Когда она ждала клиента.
Когда она готовилась заплатить цену за свою вину.
Она, избалованная девочка из провинциальной аристократии, которая отказалась от брака по расчету. Кем она была, чтобы подвергать сомнению устоявшийся порядок? Чтобы противостоять традициям, власти могущественных и древних семей? С какого права? Во имя возможной любви? Во имя поиска настоящей любви?
Любовь.
Эта безумная утопия, которая давала пищу мечтам и воплощала боль, — она верила в неё, никогда не сталкиваясь с ней. Но её жених не смог вынести этого оскорбления. Он покончил с собой.
С тех пор, каждый раз, когда мужчина обладал её телом, Фаустина заставляла себя принимать это в знак искупления.
Потому что она это заслуживала.
Доставить удовольствие тысяче тем, в котором я отказала одному.
Это была ее новая жизнь, ее теневая сторона, как сказал бы Ги.
Так она и выбрала себе новое имя.
Фаустина. Чтобы никогда не забыть о договоре о новой жизни, который она наложила на себя. Договоре с тем, что было в ней самого худшего.
Она продала себя, как будто единственная любовь, которую она заслуживала, заключалась лишь в удовольствии, за которое платили, чтобы получить ее.
И Ги появился в «Будуаре», публичном доме Джули.
Ги и его аура призрачного человека.
Первые недели он даже не существовал, он был лишь оболочкой из плоти, которая платила за то, чтобы пить и трахать шлюх этого заведения. Он спал на месте, вставал после обеда и снова погружался в разврат и излишества, чтобы убедиться, что убегает от реальности.
С течением недель постепенно проявилась его личность. Медленно.
Затем он перестал быть простым потребителем и переехал на чердак. Он достал тетради. И начал писать.
Попытки писать.
Он, конечно, пытался воспользоваться услугами Фаустины, но она отказала.
Со временем она приобрела небольшую репутацию и, главное, позволила себе роскошь выбирать клиентов.
Ги не удостоился этой чести.
Напротив, она всегда старалась держаться от него подальше.
Потому что он был красив.
Привлекателен.
Потому что от него исходило нечто, что нравилось Фаустине.