Ги предпочел уклониться от ответа. Он знал, почему и как все это закончилось.
Он не мог представить, что Фаустина оказалась в такой ситуации.
Он похитил ее, чтобы мучить меня. Чтобы заставить меня заплатить за мой вызов. Он хочет, чтобы я страдал...
Ги покачивался в парке.
Он упал на колени и спрятал голову в ладонях.
Он ничего не предвидел.
— Фаустина... прости меня, — простонал он.
Внезапно гигантская тень промелькнула над его сердцем, скользнула к его душе.
Бешенная тварь, вырвавшаяся из недр его разума, чтобы защитить его.
Существо из его личных бездн.
Его Левиафан.
Этот монстр нашего бессознательного, защитник, испивающий травмы, прибежище выживания любой ценой.
Он покрыл свое существо непроницаемым покровом тьмы, и его эмоции отступили, парализованные, отрезанные от внешнего мира.
Печаль, отчаяние, вина — все они были сведены к простым информативным понятиям, которые его мозг отложил в сторону.
Ги выпрямился и вернулся к ровному, более тяжелому дыханию.
Он видел траву вокруг себя с точностью, о которой уже успел забыть, без размытости чувств, без ускорения эмоций.
Его сердце теперь билось в нормальном, спокойном ритме.
Ги чувствовал себя защищенным. Он находился на успокаивающем расстоянии от реальности.
Его защитные механизмы работали эффективно. Его теневая сторона проявилась в нужный момент, чтобы заблокировать его, спасти от срыва.
Ги часто задумывался о влиянии подсознания на человека, о неопровержимом существовании теневой стороны в каждом. Обе эти стороны были неразрывно связаны.
Тень и подсознание. Они составляли нечто неподконтрольное, что жило в глубине, скрыто в каждом. Влиятельное существо, о котором чаще всего и не подозревают, и все же способное играть с инстинктами всех, способное придать повседневности оттенок иррационального, очаг фантазий, логово порывов. Оно было Левиафаном людей.
И Ги впервые открыл для себя своего.
С открытым лицом. Оно парило в его сознании, удерживая его на расстоянии вытянутой руки, спасая от безумия.
Ги чувствовал себя сильнее. Неприкосновенным.
Решительным.
Он встал и пошел к своей лошади.
У него была ночь, чтобы найти Фаустину.
И ничто не должно было встать у него на пути.
Старшина Боллар зажег тонкую длинную сигару, прежде чем отдать приказ своим людям погрузить тело Пелагии Лемар на телегу.
Хенкс, доктор Фолсом, отец Таллек и пекарь Тайяр также окружали носилки с их зловещим содержимым.
Ги стоял в стороне, глядя на кукурузное поле, которое казалось бесконечным в ночи.
— Вы же не собираетесь посылать своих людей, верно? — сказал он с ноткой гнева.